Марин Ле Пен <a href="https://life.ru/1001864" target="_blank">заявила</a> о сложении с себя полномочий председателя партии "Национальный фронт". Официальной причиной названа необходимость сосредоточиться на втором туре президентских выборов, но странно: её отец Жан-Мари участвовал в президентской гонке пять раз, и это ему, как и Марин в 2012-м, совсем не мешало находиться на посту главы "Национального фронта".
Судя по всему, речь может идти об определённых вопросах к Марин, возникших внутри её партии. Да, лидер "Национального фронта" вышел во второй тур президентских выборов (последний и единственный раз ранее это проделывал в 2002-м её отец с 16,86% голосов), получив 21,53%, самый высокий результат для ультраправых за всю историю Франции. Однако не всё так гладко.
Марин Ле Пен сменила отца на посту председателя партии в 2011 году, после провала Жан-Мари на президентских выборах 2007 года, на которых он получил 10,44% голосов, даже меньше, чем в 1988-м (14,38%). Впрочем, удивляться этому не стоило: старику Ле Пену было уже почти 79 лет. Марин пообещала полностью изменить имидж "Национального фронта", отказаться от радикализма и придать партии респектабельный имидж, что обеспечит прирост голосов и победу на выборах.
Сказано — сделано. Правда, респектабельный имидж, точнее имидж "как у всех", обеспечивался в основном за счёт настойчивого продвижения месседжа о том, что "Национальный фронт" теперь gay-friendly и что открытым геем является вице-президент партии и правая рука Марин Флориан Филиппо. В 2014 году в партию, некогда бывшую авангардом правых радикалов, был <a href="https://www.gazeta.ru/politics/2014/12/15_a_6343149.shtml" target="_blank">принят</a> в качестве "культурного наставника" один из основателей ассоциации GayLib Себастьян Шеню, а годом ранее "Национальный фронт" уклонился от участия в многомиллионных манифестациях против закона о признании однополых браков и праве их участников усыновлять детей.
<img class="" src="https://static.life.ru/posts/2017/04/1002000/9e63bea997236379d33d57f7a699db0f__660x.jpg" alt="" data-extra-description="&lt;p&gt;Фото: &amp;copy;&amp;nbsp;REUTERS/Jean-Paul Pelissier/File Photo&lt;/p&gt;">
Подобная стратегия вроде бы приносила дивиденды. В 2012 году на первых же своих президентских выборах Марин получила в первом туре (дальше она не прошла, заняв третье место) 17,90%, то есть даже больше, чем её отец во втором туре в 2002-м (17,79%). В январе этого года социологи <a href="https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9F%D1%80%D0%B5%D0%B7%D0%B8%D0%B4%D0%B5%D0%BD%D1%82%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B5_%D0%B2%D1%8B%D0%B1%D0%BE%D1%80%D1%8B_%D0%B2%D0%BE_%D0%A4%D1%80%D0%B0%D0%BD%D1%86%D0%B8%D0%B8_(2017)#.D0.AF.D0.BD.D0.B2.D0.B0.D1.80.D1.8C" target="_blank">прочили</a> ей 26–27% и первое место (приз скорее символический, конечно, для победы в первом туре этого бы не хватило, но дало бы психологический перелом на будущее).
— Дочь маргинала стала самым популярным политиком во Франции, — <a href="https://meduza.io/feature/2017/02/07/front-le-pen" target="_blank">заливались</a> соловьями либеральные издания, в том числе в России (и далее ясно почему). — Социологи фиксируют рост популярности правых среди ЛГБТ-сообщества. В 2014 году за "Национальный фронт" были готовы проголосовать 19% однополых женатых пар, в 2015-м — уже треть. 
Точная цифра проголосовавших на региональных выборах 2015-го за партию таких пар составила — по <a href="http://www.lemonde.fr/politique/article/2016/04/12/l-attraction-en-hausse-du-front-national-aupres-de-la-communaute-gay_4900269_823448.html#he6bzDy5KiQBR9KY.99" target="_blank">данным</a> статьи, "Национальный фронт" захватывает внимание части гей-электората" (Le Monde от 12 апреля 2016 года) — 32,45% от опрошенных социологами. Автор книги "Розовая Марин. "Национальный фронт" и гомосексуализм" Мари-Пьер Буржуа <a href="http://www.huffingtonpost.fr/mariepierre-bourgeois/lhomosexualite-au-fn-ou-le-revelateur-dune-bataille-interne-e/" target="_blank">назвала</a> 21 апреля 2016 года в Huffington Post даже большую цифру — 38%. 
В итоге, однако, голосов Ле Пен получила заметно меньше, пропустив вперёд Эммануэля Макрона, которого ещё год назад никто вообще не знал как политика. Прирост её голосов по сравнению с предыдущими выборами составил 3,63% (или больше в 1,20 раза), в абсолютных цифрах — 1 млн 237 тыс. чел. (в 2012-м в первом туре за Марин отдали голоса 6 млн 421 тыс. чел., в этом году — 7 млн 658 тыс.), или больше в 1,19 раза. И даже это вполне может объясняться не новым имиджем партии, а событиями, оказавшими влияние на французов в последние годы: вторжением в Европу миллионов мигрантов из Сирии в 2015-м и страшным терактом в Париже 13 ноября 2015 года.
В своё время её отец Жан-Мари <a href="https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9F%D1%80%D0%B5%D0%B7%D0%B8%D0%B4%D0%B5%D0%BD%D1%82%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B5_%D0%B2%D1%8B%D0%B1%D0%BE%D1%80%D1%8B_%D0%B2%D0%BE_%D0%A4%D1%80%D0%B0%D0%BD%D1%86%D0%B8%D0%B8_(1988)" target="_blank">сделал скачок</a> на выборах 1988 года практически с нуля (на предыдущих выборах, в которых он участвовал в 1974-м, его поддержали лишь 190 тыс. чел.) до 4 млн 376 тыс. голосов, заняв четвёртое место и заявив о себе как о реальном сопернике ведущих партий. Люди прислушались к брутальному националисту и ветерану войны в Алжире, который говорил, что и голлист Ширак, и социалист Миттеран равно поощряют массовую миграцию. Двумя годами ранее "Национальный фронт" прорвался в парламент страны, получив там 35 мест.
Вопрос, собственно, не в геях, а в том, что, пытаясь понравиться обществу, Марин Ле Пен пошла по самому лёгкому пути, который, собственно, мало что давал на практике, кроме симпатий СМИ. Тем более, отмечают социологи, зарегистрированные гей-пары составляют меньшинство от ЛГБТ-сообщества, не отражая его позицию в целом, так как, как правило, являются более взрослыми и априори консервативными.
<img class="" src="https://static.life.ru/posts/2017/04/1002000/c7fe8a6af08a6d2b682302b93d61ff05__660x.jpg" alt="" data-extra-description="&lt;p&gt;Фото: &amp;copy;&amp;nbsp;REUTERS/Benoit Tessier&lt;/p&gt;">
Голоса рабочих в восточных регионах страны, которые с 1990-х годов стагнируют от глобализации, обеспечившей приток дешёвых товаров из стран третьего мира и перенос туда производства, <a href="http://www.ng.ru/ideas/2002-06-28/11_return.html" target="_blank">привлёк</a> ещё её отец. Достаточно просто взглянуть на карту: регионы, где <a href="https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9F%D1%80%D0%B5%D0%B7%D0%B8%D0%B4%D0%B5%D0%BD%D1%82%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B5_%D0%B2%D1%8B%D0%B1%D0%BE%D1%80%D1%8B_%D0%B2%D0%BE_%D0%A4%D1%80%D0%B0%D0%BD%D1%86%D0%B8%D0%B8_(2002)#/media/File:French_presidential_election_result_map_first_round_2002.svg" target="_blank">победили</a> в первом туре Жан-Мари в 2002-м и его дочь в 2017-м, в основном совпадают. Это французский аналог "ржавого пояса" Штатов, процветавших ещё несколько десятилетий назад моногородов, завязанных на хлопок и иные товары, которые сегодня производить в Европе просто невыгодно. Их быт хорошо показан, например, в известном фильме "Труп моего врага" (1976 г.) с Бельмондо, и характерно, что регион Нор — Па-де-Кале, где разворачивается действие фильма, сейчас стал одним из оплотов "Национального фронта", <a href="http://www.sensusnovus.ru/news/2015/12/07/22250.html" target="_blank">получившего</a> в 2015-м на выборах в местный парламент 40,64% голосов.
Аналогично с юго-западом страны, приморскими департаментами, которые особенно активно заселяют мигранты из Северной Африки и где уже в 1970–1980-е годы у них происходили громкие <a href="https://fr.wikipedia.org/wiki/Ratonnades_de_1973" target="_blank">конфликты</a> с местными жителями, открыто жаловавшимися, что их города захватывают арабы, — старший Ле Пен <a href="http://cyberleninka.ru/article/n/politicheskaya-praktika-frantsuzskogo-natsionalnogo-fronta-kak-faktor-rosta-vliyaniya-ultrapravyh-partiy-zapadnoy-evropy" target="_blank">набрал</a> здесь в среднем от 20 до 25% голосов уже на президентских выборах 1988 года, а в некоторых городах даже пришёл первым.
"Национальный фронт" мог бы перетянуть к себе — ранее или во втором туре президентских выборов в этом году — голоса миллионов консервативных религиозных избирателей, тех самых католиков, которые обеспечили неожиданную победу Франсуа Фийона на праймериз республиканцев в 2016 году. Однако Марин Ле Пен предпочла выстраивать подчёркнуто секуляристский образ партии, выступая за минимизацию роли религии в общественном пространстве. Понятно, что делалось это с целью удаления из него мусульманских хиджабов и бурок, однако диалог с католиками тоже стоило выстраивать, вместо того чтобы доказывать, что партия стала "оплотом республиканизма".
Отличие — и успех — кампании Трампа от кампании Ле Пен состояли в том, что эпатажный и резкий на слово миллиардер смог привлечь к себе голоса не только синих воротничков из "ржавого пояса", но и консервативных белых католиков и <a href="https://life.ru/928742" target="_blank">протестантов</a>, пообещав отмену финансирования правительством программ абортов, предусматривавших оплату контрацептивов Obamacare, и в целом готовность защищать их интересы против ассоциированной с ЛГБТ Хиллари Клинтон. В ходе предвыборной кампании Трамп <a href="https://life.ru/912767" target="_blank">создал</a> даже специальный комитет, куда вошли поддержавшие его своим авторитетом видные деятели консервативного католического движения.
Характерно, что Ле Пен попыталась привлечь во втором туре в союзники голлистское движение "Вставай, Франция!" Николя Дюпон-Эйяна, но не консерваторов из числа республиканцев (где не все рядовые избиратели последовали бы за руководством в поддержку Макрона) или "Движения за Францию" Филиппа де Вилье, не раз успешно самостоятельно выступавшего на выборах.

80551d7f590f7ce3e6ce914d8307f84d.jpg

Фото: &copy; EAST NEWS/JB Autissier/Panoramic/Starface

Мнения

Геи не спасли. Почему уходит Марин Ле Пен