publications/2021/3/30/1436154934949.722-210x.jpeg

publications/2021/3/30/1436154934949.722-300x.jpeg

publications/2021/3/30/1436154934949.722-86x.jpeg

1436154934949.722.jpg

Владимир Никитаев

Президент Турции Реджеп Эрдоган в письме Владимиру Путину, поздравив россиян с прошедшим Днём России, пожелал, чтобы отношения между Москвой и Анкарой вышли на "заслуженный уровень".
На месте президента России логично было ответить, что отношения между Россией и Турцией и так находятся на заслуженном уровне, а именно на том, который заслужил своей политикой Эрдоган.
В те же дни Эрдоган после возвращения из США давал оценку отношениям с Обамой и с Путиным. По его словам, когда-то Анкара и Вашингтон надеялись построить "образцовые отношения" и в экономике, и в политике, однако эти ожидания не стали реальностью. А вот с Путиным, продолжал Эрдоган, его связывала дружба, которая позволила поднять двусторонние отношения на высокий уровень. В частности, до инцидента с российским Су-24 объём торговли Турции с Россией был даже больше, чем с США…
Одной из особенностей переживаемой нами политической эпохи является возрастающее значение личностного фактора. Мир как бы отошёл (на время?) от характерной для прошлого века ситуации, когда определяющую историческую роль играли движения масс и функционирование больших структур.
В политическом смысле массы уже никуда не движутся — по крайней мере, сами по себе, — а структуры замкнулись в собственном воспроизводстве. Отсюда возросшая роль всяческих клубов лидеров, внимание к тому, кто из кандидатов победит на выборах, и вообще к харизме.
Восстановить отношения между Турцией и Россией не так уж сложно, и российское руководство на разных уровнях не раз это объясняло турецкой стороне: нужно принести извинения и предоставить компенсации за сбитый самолёт.
Функциональный лидер, который отождествляет себя с интересами своей страны, как это пытается изобразить Эрдоган, вполне это мог бы сделать.
Но лидер, который сделал ставку на личный "символический капитал", исходит из других соображений. И поэтому он становится заложником однажды публично занятой позиции — даже просто позы, — и не может публично же от неё отказаться, "не потеряв лицо".
Отсюда своеобразное "слепое пятно" в видении ситуации и поиски разного рода обходных манёвров. Эрдоган ещё пятьдесят раз скажет о том, что он за дружбу с Россией, но ни разу не признает вину в сбитом самолёте.
С чем большим энтузиазмом он будет произносить ритуальные фразы о дружбе, тем более очевидным будет становиться одно обстоятельство: только с его уходом с поста президента у Турции и России появится шанс восстановить добрососедские отношения.

a0e586dba563ccbf1c9bdf87801a518f.jpg

Фото: &copy;&nbsp;РИА Новости/Наталья Селиверстова/Максим Богодвид/<a class="owner-name truncate" title="Go to unaoc's photostream" href="https://www.flickr.com/photos/unaoc/" data-track="attributionNameClick" data-rapid_p="34">unaoc</a>/flickr

Публицист Владимир Никитаев — о том, почему Турция и Россия восстановят отношения только с уходом Эрдогана.