publications/2021/4/12/346848803728.0703-210x.jpeg

publications/2021/4/12/346848803728.0703-300x.jpeg

publications/2021/4/12/346848803728.0703-86x.jpeg

346848803728.0703.jpg

Игорь Мальцев

Москвичи носятся со своими Патриаршими прудами как с писанной Булгаковым торбой. Особенно нервничают те, кто правдами, а в основном, конечно, неправдами оторвал себе здесь жилплощадь. А для москвича жилплощадь и прописка всегда были важнее мамы с папой, Родины как таковой, а заодно и совести.
Но в Москве одни животные равней, чем другие, и некоторые участки земли вдруг делают обычных граждан подобными оруэлловским свиньям, то есть высшим звеном.
Я даже не буду разбираться, кто там живёт на этих Патриках — артисты, которых в Лондоне закидали бы пончиками, а в России привыкли кланяться, гэбэшные хмыри, бандитские подстилки, банкиры, которых завтра так или иначе посадят, потому как воры. Ну, или воры. Мне наплевать. Ну живут и живут. Пускай.
Вот только они же рот раскрывают и вечно всем недовольны. Сначала они устроили истерику, когда их, богоподобных, заставили убрать праведным трудом нажитые "бентли" с тротуаров. Граждане Патриков тут же обрушились на офшоры Ликсутова и на мэрию в целом, видимо, считая, что экономисты в погонах ещё не в курсе происхождения их патриковских квартирок. Но они точно знали, что, когда им придётся убрать свои "паркую, как хочу" и тротуары станут для москвичей, а не для условной Патрикеевны, монополия на местность рухнет.
Самое смешное, что обычно население вот таких анклавов социального навоза всегда сравнивает: "а вот в Лондоне, а вот в Берлине, а вот в Париже не то что у нас". И вдруг стало не то что "как у них", а гораздо круче — стало так, что башню сносит у простого берлинца, простого калифорнийца и уж тем более — исландца с французом. Такого количества сексуальных, красивых, молодых, модных людей всех полов в одном месте нигде не найдёшь, как ни ищи.
Они все гуляют по Патрикам от ресторана к ресторану и одним своим видом дико злят местных обитателей, которые давно уже растратили свою молодость в борьбе за денежные знаки. Содержанки видят, что кругом уже тысячи молодых и свежих; совактёры видят, что жизнь — это не их драный совтеатр; хмыри держат лицо, а воры хотят спать. Пока не на шконке.
И начинаются понты. "Почему это быдло к нам, солнцеликим, приехало? Почему рестораны работают до последнего клиента? И почему нам в подъездах мочатся?".
Отвечаю. Потому что москвичи и живут в Москве. Да если бы и не, то что? Потому что аренда на ваших грёбаных Патриках такова, что и 24/7 не хватило бы отбиться. Потому что так поступил бы любой гражданин с активной позицией. Потому что достали. Как Хакамада на выборах. Как Windows 10. Как разговоры о вреде курения.
Молодняк им не понравился. Рестораны им не нравятся. А плитка и того подавно. Столько социальной ненависти, причём со стороны самоназначенных "верхов", давненько я не видал. А вернее — никогда.
Потому что никогда в истории России жирные оруэлловские свиньи так открыто не выражали свою ненависть к обычным оруэлловским баранам. Это потрясающая иллюстрация того, как в определённые моменты некоторые прослойки общества не видят и не слышат ничего вокруг, обалдев от своей крутизны. До тех пор пока вилы простого крестьянина не впиваются им в окорок.
Они тут же начинают разговоры про то, что в Европе всё совсем не так, и все бары закрываются в 10, и вообще все самые гастрономические улицы в нормальных странах обычно в заводских районах. Если бы мы никогда не пытались уснуть в Барселоне, может быть, мы и поверили бы в эту чушь. Когда ресторан внизу заканчивает тусить в пять утра, а в шесть уже начинает громко грузить бутылки. Ну, расскажите нам про Гамбург.
Но смысл всего этого дешёвого базара был в одном: "своим присутствием, быдло, ты понижаешь цены на наши квартиры, которые мы собирались продать по 5 555 555 евро, а продадим за 5 555 555 долларов".
Короче, ни одного приличного человека с Патриков я не знаю. Вернее, знаю одну, и та — писательница Лена Котова, которая единственная пытается этих обалдевших снобов хоть как-то урезонить.
Кстати, именно она тут мне задала вопрос: "А почему любое явление в Москве тут же работает на раскол общества? Вот реально достали своими Патриками. У меня такое впечатление, что для противопоставления любых частей общества даже на молекулярном уровне люди используют любую самую пустую причину".
Дорогая писатель Елена Котова! А) Потому что для этого есть особый склад ума и его носители. Б) Потому что помочиться в подъезде на Патриках — это теперь священный долг москвича. В) Если ты смог пройти в подъезд помочиться, то это точно не Патрики.
Действительно, посмотрите какой-нибудь очередной лоховской материал модного издания и вы поймёте, как это работает. Когда бывший банкир и бывший русский, а ныне латышский А. Гафин рассказывает про Патрики, мне уже смешно. А потом начинается про таки быдло и саранчу.
Хорошо не вспомнили ещё один термин, введённый моим guilty pleasure Латыниной, "анчоусы". Если вы не в курсе, это про людей, которые не хотят ходить на те митинги, которые милее самой Юлии Леонидовне.
Была бы на этом скандальном круглом столе про Патриаршие, так бы и сказала "анчоусы", а не банальное "быдло". Почему-то люди определённых политических взглядов очень любят своему народу давать унизительные прозвища. Вы тоже это заметили?
Так что на простом case так просто видеть, как же эти люди, которые за всё хорошее, вдруг становятся проводниками самых отвратительных идей социальной сегрегации.
Спасибо, что не национальной.

47ae69ef99c020c546dfc16055ac8c7f.jpg

Фото: &copy; РИА Новости/Евгения Новоженина

Журналист Игорь Мальцев — о том, почему жители Патриарших прудов ненавидят свой народ.

Москва

Мнения

Заповедник содержанок наносит ответный удар