Антон Хащенко

Функционеры международного олимпийского движения пробили новое дно. Назвав российскую антидопинговую систему сломанной и полностью скомпрометированной, глава Международного паралимпийского комитета Филип Крэйвен объявил об отстранении всей сборной РФ от участия в Паралимпиаде в Рио.
Таким образом рыцарь-бакалавр и по совместительству обладатель российского ордена Почёта сэр Филип Крэйвен надолго вписал своё имя в историю мирового спорта, совершив то, на что не согласился под серьёзнейшим прессингом даже глава МОК Томас Бах.
К слову, соломоново решение последнего тоже не отдавало большой смелостью: передача права определять, кто достоин участия в ОИ, на откуп федерациям означало заведомое отстранение части наших спортсменов от главного спортивного международного события.
Вынося свой вердикт, Бах не мог не понимать, что, учитывая воинственный настрой по отношению к России ряда федераций, сборная России поедет в Рио далеко не в полном составе (что, собственно, и случилось с теми же легкоатлетами). Но тут хотя бы оставался шанс для остальных спортсменов.
В случае же с паралимпийской сборной Филип Крэйвен по каким-то причинам принял самое радикальное решение из возможных, украв мечту не просто у ни в чём не повинных спортсменов, а у инвалидов, у тех, кто и так по объективным причинам лишён многого.
Можно долго рассуждать о том, что происходящее на наших глазах есть элемент развёрнутой по всем фронтам против России войны. И это действительно так — спорт давно уже не является чем-то далёким от политики, а международный, контролируемый функционерами из всевозможных организаций, — и подавно. Тем более что не нужно даже сильно копать, чтобы заметить высоко торчащие уши заинтересантов — по крайней мере, и с WADA, и тем более USADA всё давным-давно понятно.
Другое дело, что, если до недавнего времени спорт оставался территорией права, тогда как весь остальной мир уже забыл, что это такое, то сегодня мы лишились и оного рубежа.
Поскольку в том, что происходит в олимпийском движении в настоящее время — и с обвинениями безо всяких доказательств (вернее, даже с "доказательствами", которые не вызывают ничего, кроме удивления), и игнорированием базового принципа презумпции невиновности, и так называемой коллективной ответственностью, — нет уже ни капли уважения к праву как системе общепринятых и общеобязательных в 21 веке норм, регулирующих общественные отношения.
Если хотите, то, что случилось под радостное улюлюканье ряда ангажированных федераций и национальных комитетов (к чести некоторых нужно отметить, что далеко не все позволили себя втянуть в грязную игру) с точки зрения попрания международного права мало чем отличается от бомбардировок Югославии или вторжения в Ирак под надуманным предлогом.
Где сейчас Колин Пауэлл со своей пробиркой? Там же будут по прошествии времени и Макларен с Родченковым, на шизофренических откровениях которого (о передаче бутылочек сквозь дыру в стенке "волшебникам" из российских спецслужб) и было выстроено обвинение WADA.
Но своё дело последние, как и первый, сделали, запустив в одном случае маховик войны, а во втором — неправовые репрессии в отношении российских олимпийцев и паралимпийцев.
При этом ни у кого не должно оставаться иллюзий в том, что перед нами не честный противник, который играет по правилам, а этакие айн-рэндовские грабители из "Атланта", считающие возможным выпускать директивы о безумной для 21 века коллективной ответственности, — просто вместо денег отбирается сам шанс заработать медали в честной и конкурентной борьбе.
Для мира спорта это новая реальность, с которой придётся жить ещё долго, — прецеденты на то и прецеденты, что имеют свойство превращаться в практику, и пробитое Международным паралимпийским комитетом новое "дно" — отнюдь не конец, а только начало. И в этой реальности права есть только у самых сильных, причём сила в данном случае определяется исключительно возможностью менять правила под себя и выпускать всё новые и новые директивы.

c21cccb461d0a0e3db59dd081ff4aa6f.jpg

РИА Новости

Политолог Антон Хащенко — о том, как глава Международного паралимпийского комитета Филип Крэйвен нащупал дно.