С. КОРОЛЁВ: Переходим к Олимпиаде. Большинство граждан России интересуется Олимпиадой в Бразилии, как выяснил "Левада-центр". Провёл опрос соответствующий. Дмитрий Ольшанский?

Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Не интересуется.

С. К.: Почему?

Д. О.: Не люблю спорт, всё время это повторяю.

С. К.: Но ведь спорт — это политика, особенно сейчас.

Д. О.: Очень вредная и неправильная её часть, которой лучше бы не было. Поэтому не устаю повторять, спорт — зло.

С. К.: Паралимпийский комитет России обратился к гражданам со своей стороны с просьбой оказать помощь российским паралимпийцам. Знаете, что их отстранили полностью?

Д. О.: Знаю. Это нехорошая, конечно, история. Было бы интересно, если бы государство им что-нибудь предложило.

С. К.: "Мы будем благодарны за любую финансовую помощь для сборной России со стороны гражданского общества и деловых кругов", — говорится в заявлении Паралимпийского комитета России. Вы готовы скинуться?

Д. О.: Мне кажется, что государство прежде всего должно что-нибудь сделать. Нет? А то оно так трубит про козни Запада, а где какие-то действия? Мне кажется, начинать надо с государства.

С. К.: Деньги дать паралимпийцам?

Д. О.: Что им нужно, надо разобраться. Я не знаю, что они имеют в виду.

С. К.: Деньги на суды, чтобы попытаться отсудить.

Д. О.: Например. Почему нет? Но там интересно было бы сравнить в связи с этим проклятым спортом стоимость Олимпиады в Сочи и Олимпиады в Рио. Я так чувствую, что Олимпиада в Рио стоила в 20 раз дешевле, в 30 раз дешевле. Они не выкидывают такие огромные деньги на это всё.

С. К.: Зато у них вода в бассейне зеленеет.

Д. О.: Ну и бог с ней, понимаете? Там народ-то хорошо понимает на самом деле. В Бразилии народ, в отличие от нас, понимает, что им нужно образование и медицина, а не гонки каких-то людей, кто быстрее пробежит от той палки до этой. Им нужны важные вещи. А у нас люди совершенно не понимают, что важно, а что неважно. Всё хотят то на Олимпиадах быть чемпионами, то Башара Асада спасать, когда у самих в школе бог знает что, в поликлинике бог знает что, на дороге бог знает что.

Полную версию программы "Без вопросов" с Дмитрием Ольшанским читайте ниже и слушайте в аудиозаписи.

С. КОРОЛЁВ: Дмитрий, приветствую Вас.

Д. ОЛЬШАНСКИЙ: Добрый вечер, Сергей. Добрый вечер всем.

С. К.: У микрофона Сергей Королёв. Всем доброго вечера. Я предвосхищаю массу вопросов по поводу того, что сейчас происходит в Крыму. Дмитрий, я думаю, мы сегодня будем говорить подробно об этом, но давайте по порядку. На своём месте рубрика "Счастливый звонок". Третий, кто сейчас дозвонится, задаст свой вопрос Дмитрию Ольшанскому. Все остальные звонки будем принимать в конце часа.

СЛУШАТЕЛЬ: Дмитрий, знакомы ли с интервью Елизаветы Песковой, дочкой пресс-секретаря президента Пескова? И почему патриотизм для бедняков, а космополитизм для элиты и их детей? Это же бесполезное дело, колхоз "Напрасный труд". Мы же тоже не дураки, бедняки. Нафига нам патриотизм?

Д. О.: Я не читал интервью Елизаветы Песковой, я вам честно скажу, поэтому не очень понимаю, о чём идёт речь. А что касается патриотизма и космополитизма, то я с вами совершенно согласен в том смысле, что, конечно, нужно приучать и богатых людей и детей тех людей, у которых есть деньги и политические ресурсы, к тому, чтобы жить дома, учиться дома, работать дома, отдыхать дома, без этого ничего не будет. В этом я согласен и об этом очень часто говорю. Если этого не будет, то никакие политические задачи никакого смысла иметь не будут.

Про задержание диверсантов в Крыму

С. К.: Итак, в Крым. Только что появилось заявление российского МИДа, который предупредил Киев и Запад о последствиях за гибель силовиков в Крыму. Сообщение размещено, как я уже сказал, на официальном сайте нашего внешнеполитического ведомства. О предотвращении терактов на территории нашего полуострова было заявлено накануне Федеральной cлужбой безопасности. Задержаны несколько украинских диверсантов, погибли двое наших: оперативник ФСБ и российский военнослужащий. Владимир Путин заявил сразу после этого, что Киев перешёл к террору. Пётр Порошенко, президент Украины, всё отрицает, поручил организовать сегодня телефонный разговор с Владимиром Путиным. И не только с ним, и с европейскими лидерами, и с Байденом из Соединённых Штатов Америки. И уже по обращению Украины идёт заседание Совбеза ООН. Что происходит, Дмитрий?

Д. О.: Да ничего не происходит на самом деле. Ничего не происходит, ничего не будет происходить. Жалкое всё это зрелище, очень печальное. Когда речь идёт о Донецкой и Луганской республике, то наши чиновники рассказывают, что это территория Украины, что мы к этому отношения не имеем, пятое, десятое. Это всё очень противно слушать, но формально они имеют право так говорить. Поскольку здесь они сами утверждают, что это территория России и что погибли силовики, имеющие официальное отношение к России, а не то, что там кто-то в отпуске, ополченец и так далее. Как это выглядит после этого? У нас тогда, помнится, военный самолёт разбился в Сирии, турки когда сбили. Тоже, по-моему, два человека погибло. Сергей, поправьте меня, если я не прав.

С. К.: "Су-24", да, всё верно.

Д. О.: Да, два человека погибли. Во всяком случае, помнится, были экономические санкции, что-то ещё.

С. К.: Кстати, тогда Путин не ответил Эрдогану. Не сразу, но потом он вроде как пытался связаться с российским президентом, а Путин говорить не стал. А сейчас состоится разговор, как вы считаете?

Д. О.: Я не знаю, состоится ли разговор, но просто мы видим, что реального ответа нет никакого. Никакого нет ответа.

С. К.: Хорошо, давайте сейчас с чистого листа. Что мы сейчас можем сделать? Эти грозные заявления, которые делает российский МИД. Что имеется в виду?

Д. О.: Ничего они не имеют в виду. МИД ничего не имеет в виду. Пустые слова абсолютно.

С. К.: А смотрите, такой вопрос. Я понимаю, что это утрируют, но тем не менее. Слушатель пишет: "Как вы думаете, Дмитрий, если ВВС Украины нанесёт удары по Москве, мы уже что-то предпримем или тоже протестами ограничимся?"

Д. О.: Разве что так! Разве что когда Кремль будут бомбить — да, что-нибудь сделаем, но не раньше.

С. К.: Вопрос, насколько далеко Украина может зайти с этими провокациями.

Д. О.: Далеко, она будет идти дальше. Никто же не отвечает, понимаете? Никто не отвечает, поэтому может она идти и дальше.

С. К.: Нет, подождите, сейчас-то предотвратили провокации.

Д. О.: Предотвратили, но мы не знаем точно, что они там предотвратили на самом деле. Никаких нет доказательств. Есть, видимо, факт реальный.

С. К.: Взрывчатка есть, её показали.

Д. О.: Хорошо. Но взрывчатка, которая не взорвалась — это некая вещь в рюкзаке, которую кто-то принёс и положил под камеру. Это я не знаю, понимаете? Мы не знаем этого.

"Есть факт, что действительно погибло два человека из числа сотрудников наших силовых органов. Это факт, безусловно"

Точно так же, как они погибли в Сирии тогда, в истории с самолётом. Но никакого ответа нет! Даже на том уровне, на котором он был с Турцией. Вообще никакого, только слова, пустые слова.

С. К.: "А ваш гость безоговорочно верит силовикам?" — спрашивает слушатель.

Д. О.: Нет.

С. К.: "Вас не смущает, Дмитрий, что, например, назван только один якобы диверсант, суд заключил под стражу только его?" — пишут нам.

Д. О.: Не факт, что это действительно Министерство обороны Украины. Может быть, это не Министерство обороны. Там же достаточно олигархическая структура власти в целом, открыто олигархическая. Поэтому какую-то группу могли послать какие-то другие люди, не обязательно генералы официальные. Это мы не знаем. Просто они это адресовали официальным органам Украины. Но, может быть, и нет. Но дело не в этом. Если с украинской стороны начинается какое-то безобразие, в результате которого начинают гибнуть наши военнослужащие, то должен быть какой-то ответ кроме слов. По сути, что есть? Есть просьба к Америке успокоить Украину. Но это не унижение, по-вашему? Америка просила бы Россию успокоить Мексику. Вышел бы там какой-нибудь Джон Керри или Обама и сказал: "Вы знаете, там мексиканские диверсанты нам вредят, стреляют, взрывают. Владимир Владимирович, можно их успокоить?"

С. К.: Подождите, Дмитрий. Вы не раз в этом эфире говорили о связи Украины с Западом и с Вашингтоном в частности. Какая наша связь с Мексикой?

Д. О.: Нет, это я вам делаю сравнение.

С. К.: Вы утрируете немного.

Про Украину и США

Д. О.: Нет, почему? Мексика в той же степени есть backyard (задний двор. — Прим. Лайфа) Америки, как Украина России. То есть ближайшие соседи, тесно связанные и так далее. Но Америка сама решает свои проблемы с Мексикой, не обращаясь за помощью к Путину. Вот в чём дело. А нам надо просить американцев, чтобы они уняли Украину.

С. К.: Сами справимся — это как?

Д. О.: Например, можно было бы разбомбить военную инфраструктуру вокруг Крыма. На расстоянии, скажем, ста километров от него.

С. К.: То есть боевые действия, принуждение к миру?

Д. О.: Да, там есть военные базы, аэродромы, там есть всякая инфраструктура. Наверняка нашим спецслужбам хорошо известно, где у них тренировочные какие-то базы.

С. К.: Это означает начать войну, если мы вторгаемся на ту территорию.

Д. О.: А иначе нельзя. Дело в том, что война идёт с февраля 2014 года, когда начали массово гибнуть люди.

С. К.: Формально не идёт.

Д. О.: Знаете что, формально…

С. К.: Но то, что вы сейчас говорите — начать формально войну.

Д. О.: Формально у нас война с Японией до сих пор, по-моему. У нас мирного договора нет.

С. К.: Подождите. Но если мы делаем то, что вы сейчас говорите, это не повлечёт за собой целую цепочку и эскалацию военного конфликта? И вовлечёт остальные страны.

Д. О.: Всё очень просто. Нет, остальные страны не вовлечёт.

С. К.: Почему?

Д. О.: Потому что Украина не является членом НАТО, на неё не распространяются никакие коллективные договорённости о безопасности, поэтому это не имеет отношения к другим странам. Но имеет отношение к нам прямое тот факт, что Украина — наш враг, напичканный против нас всем: оружием, диверсантами, тем, сем, не важно. Раньше "Правый сектор"* любили говорить, теперь, по-моему, как-то меньше. Но это не имеет значения. Разведка Министерства обороны. Какая разница, если стреляют и убивают?

С. К.: А что скажете насчёт того, чтобы перекрыть газ?

Д. О.: Опять же, это всё удары по Воронежу. Вы перекрываете газ людям просто в квартире, а не тем с оружием, кто стреляет теперь уже не только по Донецку, но и по Крыму. Вы совершенно не по тем.

"Врага нужно победить, вот и всё. Если его не победить, то тогда он будет набираться силы"

Пока это происходит, ты будешь сидеть и ждать, где он ударит в следующий раз. Поскольку уже два года принята политика невмешательства, просто ничего не делать, ни на что не отвечать, пожинаем плоды. Не знаю, где будут в следующий раз что-нибудь взрывать, убивать. Всё что угодно ведь может быть. И на Донбассе, и в Крыму, и в Приднестровье, да хоть даже в Ростовской области. В 2014 году, кстати, там было, там тоже кто-то погиб.

С. К.: "В разгаре предвыборной кампании в США разве они не начнут поставлять оружие Украине? Да и Трампу придётся скинуть маску", — пишет слушатель.

Д. О.: Они и не переставали, собственно говоря. Ничего же не меняется в этом смысле, ситуация уже два года остаётся такой, как она была. Ничего хорошего для нас в этом нет.

С. К.: Нам пишут: "Наши граждане погибли при обстреле границы со стороны Украины в 2014-м, и тоже никакой реакции не было со стороны нашего государства", и ещё: "Если начнётся открытая заваруха с Украиной, Дмитрий, вы примете участие или будете вещать?" Понятно. Кстати, какова вероятность заварухи, как выражается слушатель, в ближайшем обозримом будущем?

Д. О.: Я не думаю, что высокая. Они не дураки, они прекрасно понимают, что им надо всячески издеваться над Российской Федерацией и ждать, пока она ослабнет. Вот тогда да.

О "нормандском формате"

С. К.: Дмитрий, придётся ещё раз ответить. Я знаю, что вы не любите эти вопросы, но вам постоянно их задают. Это уже другой слушатель: "А сам Ольшанский готов идти воевать лично?"

Д. О.: Вместе с вами и пойду. Давайте дальше.

С. К.: Нет, если серьёзно, чьими руками воевать?

Д. О.: Серьёзно отвечаю. Вместе с тем, кто задаёт этот вопрос.

С. К.: То есть, если он пойдёт, вы пойдёте.

Д. О.: Вместе с ним, да. Давайте дальше.

С. К.: Давайте дальше. Итак, "нормандский формат". "Всё, до свидания, — Путин говорит, — смысла нет".

Д. О.: А его не было никогда.

С. К.: Смысла не было или формата не было?

Д. О.:

"Ни в каком формате нет никакого смысла: ни в Минском, ни в Нормандском"

Помните, ещё Женевский был?

С. К.: Нормандский связан с Минским. Женевский уже не помню.

Д. О.: Был-был. В Женеве они встречались.

С. К.: Где только ни встречались, да.

Д. О.: Бумажки подписывали. Я думаю, что это смысла никакого не имеет. Какой это может иметь смысл, когда смысл существования Украины в том, чтобы быть против нас? Какие могут быть форматы, зачем?

С. К.: "Военные действия повлекут изменение электоральной поддержки кандидатов в президенты США, причём не в нашу пользу", — пишет слушатель. Кстати, как может эта ситуация и накал в Крыму, накал на востоке. Потому что в Донбассе тоже продолжают стрелять, боевые действия активизируются. Как это всё может быть использовано на американских выборах? Здесь есть какие-то взаимосвязи?

Д. О.: Они могли бы быть, но то, что сейчас происходит, не может быть использовано, потому что это слишком мелко с точки зрения взгляда за много тысяч километров. А если бы началась настоящая война, то да, можно было бы использовать это. Несомненно, да. Собственно, если бы она началась, то это бы и означало, что существует такая заинтересованность.

Про украинскую политику

С. К.: Знаете, почему такие опасения? Опять Олимпиада. Если проанализировать последние Олимпийские игры, как-то так совпадает.

Д. О.: Нет, я знаю всё это дело, но просто я боюсь, что нам никто такой хорошей возможности не даст. Все же прекрасно понимают, что военные действия — это то единственное, в чём Россия хороша, в чём у неё есть настоящий шанс для того, чтобы улучшить свои позиции. Поэтому никто не даст нам этого, понимаете? Чтобы мы победили. Зачем? Понятно же, что любые военные действия ведут к нашей победе. Вот и всё. Никто не будет воевать за Украину из Америки. Никому не надо, они прекрасно там понимают, где им выгодно, а где уже будет перебор. Поэтому просто нам никто этого не подарит.

С. К.: Смотрите, одной из целей этих так называемых неудавшихся диверсантов, говорили, было поставить крест на туризме в Крыму. Насколько это выглядит правдоподобно?

Д. О.: Нет, вполне. Я в это могу поверить.

"На Украине накал ненависти и желание как-то нагадить"

Они могли попробовать что-нибудь взорвать. Это как и с делом Сенцова. Почему Сенцов не мог захотеть что-нибудь взорвать? Мог захотеть. Но мы же видели, как они людей жгли, били, пытали, убивали, на колени ставили, бомбили. Они могут делать всё, проблема не в этом.

С. К.: В чём же?

Д. О.: Они знают, что им не будет ответа реального никакого, поэтому они наглеют. Просто раньше они делали всё это на Донбассе, пользуясь тем, что Россия отказалась от ответственности за происходящее там. А теперь они полезли на территорию России непосредственно.

С. К.: Дмитрий, а как вы смотрите на такой вариант ответа, который практикуют, например, израильские спецслужбы? Может быть, нам в этом направлении усилить работу? Понимаете, о чём я говорю?

Д. О.: Я не вижу в этом особого смысла. Что израильские спецслужбы? Израильские спецслужбы кого-то конкретно просто мочат.

С. К.: Точечно, правильно. Так, извините, если точечно нужных людей, которые ответственны за то, что происходит, за эту эскалацию убрать…

Д. О.: Мне кажется, они взаимозаменяемы, и это неважно. Один Тарас, другой Тарас. Все совершенно одинаково ненавидят москалей, нет никакой разницы. Могут быть эти, могут быть другие. У них там нет какой-то уникальной квалификации. Это во-первых. А во-вторых, нам, вообще говоря, невыгодно не то что убийство, не будем это обсуждать, а просто даже какое-то поражение политическое тамошних ястребов. Оно совершенно ни к чему хорошему для нас не ведёт, только к плохому. Более того, вообще какие-то шансы у нас ситуацию изменить в свою пользу. Собственно говоря, какой временной лаг есть? До выборов в украинский парламент, строго говоря.

С. К.: Когда они, напомните?

Д. О.: Точно не знаю. Вроде их хотят сделать пораньше, что-то не срастается пока. Там есть заинтересованные в том, чтобы этого не случилось. Но так или иначе это можно выяснить. Дело в том, что, пока есть нынешний парламент, который не хочет принимать эти все Минские законы, есть некий шанс всё-таки, что если они совсем оборзеют, то может что-то случиться, и всё как-то переменится в нашу пользу внезапно, как в августе 2008 года или в феврале 2014 года. А если там случатся выборы в парламент, и на них победит Тимошенко и бывшие регионы Януковича, то всё, тогда да. Тогда будет сплошная Надежда Савченко, сплошной мир, дружба, жвачка, Кучма. И всё, на этом ничего хорошего уже не будет точно.

С. К.: "Может, просто не сдерживать ополченцев, дать им взять Мариуполь, это обезопасит границу Крыма?" — пишет слушатель.

Д. О.: Ополченцы не могут взять Мариуполь. Это невозможно. Они несколько раз сталкивались всерьёз без наших войск с украинцами, и это была очень тяжёлая, кровавая мясорубка, в которой просто очень хорошие люди гибнут зря. Не надо этого допускать. Мы же понимаем, что это не сами ополченцы одни одержали эти победы, которые были в 2014 году. Поэтому это не получится просто-напросто. И ещё раз скажу, что если политический пейзаж там переменится, и всякие Турчиновы и Аваковы уйдут, и всё изменится, то уже ничего хорошего не получится. Поэтому в каком-то смысле наша единственная надежда на Украине — это эти самые отмороженные люди, которые нас ненавидят.

С. К.: То есть адекватные люди — это…

Д. О.: Эти люди сразу начнут со страшной силой приносить пользу Украине.

С. К.: Понятно. "В чём смысл войны с Украиной? Мы хотим её завоевать? И после этого нас не будут называть захватчиками и оккупантами?", — пишут нам.

Д. О.:

"Совершенно всё равно, как нас называют. Это не наши проблемы"

А смысл войны с Украиной в том, чтобы отторгнуть от Украины ту ресурсную национальную нашу русскую и стратегически для нас важную с точки зрения безопасности часть, которая для нас действительно важна. Вот и всё. А то, что там останется, это их дело.

С. К.: Вопрос от слушателя: "Лучше спросите, как это будет использовано на наших выборах". Мы говорили про Америку, а на наших?

Д. О.: У нас нет выборов, поэтому для нас это не имеет никакого значения.

С. К.: Как это нет? 18 сентября, Дмитрий.

Д. О.: У нас есть выборы, а ещё у нас есть война с Японией. Это то же самое. Нет, выборов никаких у нас нет, у нас ничего не меняется от этих выборов. Какая разница, сколько процентов получит Партия роста или даже "Единая Россия"? Что изменится от того, получит "Единая Россия" 39% или 63%? Ничего. Вот и всё.

С. К.: Смотрите, какой вопрос интересный: "Почему нельзя провести примирение с Украиной по турецкому сценарию?"

Д. О.: Нельзя, потому что с Турцией у нас нет на самом деле всерьёз никаких…

С. К.: Разночтений.

Д. О.: Да. У нас они какие-то совершенно неинтересные. Где-то там, бог знает где, понимаете? Асад, что с ним будет. Что будет, то и будет. А с Украиной у нас миллионы людей, во-первых, там живут, по ту сторону этой фальшивой границы. И у нас реально очень тяжёлая ситуация, потому что у нас Крым, Донецк с Луганском, Приднестровье — всё это совершенно разобщено. Всё это находится в очень подвешенном состоянии и легко рассекается, отрезается, блокируется, обстреливается и так далее.

Про успехи российской экономики

С. К.: Как всегда, начинается рубрика "Хорошие новости с Дмитрием Ольшанским". Дмитрий, я вас поздравляю, я нас всех поздравляю! Вторую неделю подряд в России идёт дефляция. Да, десятые доли процента, но всё же цены снижаются.

Д. О.: Это на 30 копеек, что ли? Сколько?

С. К.: По десятой доле процента каждую неделю. Вторую неделю подряд впервые в этом году с 2015 года.

Д. О.: Интересно, со ста рублей десятые доли процента. Если 1 процент — это 1 рубль…

С. К.: 10 копеек.

Д. О.: Что ж, грандиозно, я считаю. Просто грандиозно.

С. К.: Вы рукоплещете Центробанку-регулятору?

Д. О.: Ещё бы.

С. К.: Хорошо. Следующая хорошая новость. Сокращения российской экономики во втором квартале 2016 года замедлилось в два раза. Согласно данным Росстата, спад в ВВП в апреле-июне составил 0,6% в годовом выражении. То есть мы продолжаем сокращаться, но в два раза медленнее, чем было.

Д. О.: Опять какие-то десятые доли процента. Вы можете это заметить, я нет.

С. К.: Следующая хорошая новость. Посещаемость выставки Ивана Айвазовского в Третьяковской галерее превысила показатели посещения выставки Валентина Серова. Очереди, билетов нет. Народ хочет приобщиться к высокому искусству.

Д. О.:

"Это не высокое искусство, это попс такой, но да, хорошо"

С. К.: Хорошая новость?

Д. О.: Наверное, да.

С. К.: И немцы выбирают "Ладу". Немецкий журнал "Welt", "Мир" переводится, опубликовали статью "Русская "Лада" для немца лучше поезда или автобуса". Такое название.

Д. О.: Наверное, заплатил кто-то за это.

С. К.: Нет. "Дьявол носит Prada, дурак водит "Ладу", — говорят немцы. Но при этом, по мнению автора статьи, это чудесный демократичный автомобиль, который вносит свой вклад в дружбу между народами.

Д. О.: Я думаю, что деньги взяли просто за это дело. Это пиар такой, вот и всё.

Про наших спортсменов на Олимпиаде

С. К.: Это была рубрика "Хорошие новости с Дмитрием Ольшанским", а мы переходим к Олимпиаде. Большинство граждан России интересуется Олимпиадой в Бразилии, как выяснил "Левада-центр". Провёл опрос соответствующий. Дмитрий Ольшанский?

Д. О.: Не интересуется.

С. К.: Почему?

Д. О.: Не люблю спорт, всё время это повторяю.

С. К.: Но ведь спорт — это политика, особенно сейчас.

Д. О.: Знаю. Это нехорошая, конечно, история.

"Было бы интересно, если бы государство паралимпийцам что-нибудь предложило"

С. К.: Деньги дать паралимпийцам?

Д. О.: Что им нужно, надо разобраться. Я не знаю, что они имеют в виду.

С. К.: Деньги на суды, чтобы попытаться отсудить.

С. К.: Зато у них вода в бассейне зеленеет.

Про союз России и Турции

С. К.: Здесь про вытащившего нож из спины дорогого друга Эрдогана вопросы. Чего ждать от этого союза, союза России и Турции? Вот он уже готов наполовину финансировать "Турецкий поток". О чём реально говорили за закрытыми дверями два лидера, как вы считаете?

Д. О.: Почему нет? И про газ наверняка говорили. Я всё время говорю, что очень хороший, полезный союз. Прекрасно, замечательно. Конфликт этот был абсолютно пустой, ненужный совершенно нам. Никаких серьёзных противоречий у нас нет с Турцией и не должно быть. Пускай будут дружить. Ура-ура.

С. К.: Дружить против или дружить за что-то?

Д. О.: В самых разных отношениях, от торговых до военных, газовых, любых. Просто нам совершенно не нужен этот враг в лице Турции. Это было какое-то короткое помутнение. Ещё бы нам уйти из этой Сирии, совершенно нам тоже не нужной. Это было бы совсем прекрасно.

С. К.: Кстати, Дональд Трамп назвал Барака Обаму создателем ИГИЛ*. Понятно, что в том числе и ради красного словца всё это было сказано. Но, наверное, есть доля истины?

Д. О.: Понятно, это предвыборные фразочки. Нет, Барак Обама — это примерно такой же создатель ИГИЛ*, как большевики — создатели голодомора на Украине. Вообще, голод был не только на Украине, да, страшный был голод. Но большевики его не устраивали в том смысле, что они не хотели конкретно устроить голод. Они не говорили: "Давайте мы сейчас устроим, чтобы миллион человек умерло". Нет, им просто было наплевать. Они преследовали свои цели, они выкачивали из деревни хлеб и продавали его на экспорт, а потом неурожайный год, хлеба нет, запасов нет, люди стали умирать. Так и тут. Американцы не говорили: "Давайте-ка мы организуем ИГИЛ*". Я думаю, что нет. Просто они свергали Саддама Хусейна, ещё чем-то занимались, строили какую-то иракскую демократию неведомую, насаждали там хаос. А потом от этого хаоса и появилось, понимаете? Несомненно, косвенная ответственность есть. Кто же с этим будет спорить?

С. К.: "Почему вы не хотите голосовать за КПРФ или ЛДПР 18 сентября? Они ведь открыто говорят, что нужно признать независимость ДНР и ЛНР", — пишут нам.

Д. О.: Потому что голосовать на выборах за какие-то партии имеет смысл только в том случае, если эти партии способны, выиграв выборы, прийти к власти и принять те или иные решения и законы, о которых они говорят. Допустим, вы голосуете во Франции или в Англии, в Германии за какую-то партию…

С. К.: Всегда будет какая-то партия проигравшая.

Д. О.: Да. Какая-то выигрывает и создаёт коалицию, выбирают какого-то премьер-министра и принимают какие-то решения. У нас же, допустим, КПРФ выиграет выборы. И что дальше? Ничего. Какое она имеет отношение к правительству?

С. К.: Здравствуйте. Она не будет голосовать за те законопроекты, которые ей не нравятся, которые спускаются в правительство.

Д. О.: Голосовать будут так, как скажут парламенту. Это всё не имеет никакого отношения к жизни. А захотят признать — соберут за полчаса этих всех сенаторов и депутатов, они все проголосуют молниеносно.

С. К.: Слушатель пишет, что Олимпиада в Сочи была дешевле в 10 раз. В Бразилии весь бюджет продырявила.

Д. О.: Неправда это всё.

С. К.: А у вас есть цифры?

Д. О.:

"Я много раз читал эти расчёты, это была самая дорогая, по-моему, вообще в истории Олимпиада"

С. К.: Или с Лондоном лучше сравнивать? Мы же зимнюю с летней сравниваем.

Д. О.: Там сплошное воровство.

С. К.: А в Бразилии, вы считаете, не воруют? Вы посмотрите, там бельё воруют из номеров в отелях.

Д. О.: Там воруют воры, а у нас воруют чиновники полностью, вместе со своими бизнесменами, которые у них на подхвате. Чуть-чуть разные вещи.

С. К.: Ваши вопросы Дмитрию Ольшанскому.

С.: Дмитрий сказал, что якобы олигархи могли устроить эту провокацию. Вы, надеюсь, помните, Дмитрий, что, когда у Коломойского был конфликт с Порошенко, Коломойский поехал в Вашингтон, там мозги ему прочистили, он приехал и сказал, что Порошенко — это его лучший друг. Давайте честно скажем, что устроил это не Киев, а Вашингтон. Потому что там полностью под контролем он.

Д. О.: Я был в Вашингтоне, кстати. Там такой большой торжественный город в советском стиле. И Вы правда думаете, что там сидят люди, которые говорят: "Давайте мы сейчас запустим кого-нибудь в этом месте на карте". Они там с трудом даже прочтут эти названия.

С. К.: Может, мы их недооцениваем?

Д. О.: Да ну, это совершенно не их уровень компетенции. Они задают какие-то общие параметры, довольно обтекаемо, естественно, чтобы не палиться. А всё остальное делается уже на много уровней ниже. Нет, это не так всё устроено. Это всё равно что сказать, что Советский Союз приказал на границе Эфиопии и Сомали убить каких-нибудь двоих пограничников в 70-е годы. В ЦК КПСС в Москве Эфиопия и Сомали просто с ними встречались и рассказывали какие-то общие вещи, а там они между собой уже друг друга резали сами. Поэтому дело не в этом. У Коломойского действительно был серьёзный конфликт с Порошенко, и его как-то там они все разруливали. Но есть разные другие группы во власти. Там есть эта турчиновско-аваковская группа, ещё много разных. Там вообще они меняются всё время, непрерывно создаются всё новые и новые коалиции. Поэтому там кто угодно, дело не в этом. Вообще, это ничего не меняет. Какая разница, кто это сделал. Для нас важно не кто это сделал, а то, что никакого ответа на это нет. Давайте дальше.

С. К.: "Так что же нам делать? — спрашивает слушатель. — Сложить лапки? Дальше принимать законы Яровой как данность? Или пора валить, пока правда кто-то войну не начал?"

Д. О.: Сергей, как вы думаете, это вопрос насчёт парламента? О чём идёт речь?

С. К.: Да.

Д. О.:

"Валить — не знаю, я бы не стал никуда валить. Я люблю Россию"

Но в нынешней ситуации это бесполезно. Просто я думаю, что через некоторое время наступит какой-то перелом, какое-то изменение существенное, и тогда посмотрим, что будет. А пока это всё совершенно бессмысленное мероприятие.

С. К.: "Дмитрий, где сейчас Янукович?"

Д. О.: Я не сторож Януковичу.

С. К.: У нас остаётся буквально минута-полторы, чтобы вы проголосовали. А пока примем звонок.

С.: Скажите, если вы говорите, что наши выборы — туфта. А если мы возьмём выборы в любой стране с двухпартийной системой, Америку, Германию, то есть две партии примерно одинаковые, и всё равно результат один и тот же, политика практически не меняется. Хороший спектакль, но смысл-то какой в этом?

Д. О.: Нет, там на макроуровне, вы правы, на огромном уровне каких-то крупнейших решений действительно не меняется.

"Демократы и республиканцы одинаково не будут делать какие-то вещи глобальные, а другие вещи делать всё равно будут"

Это понятно. Но дело в том, что так, например, избирается какой-то сенатор, и этот сенатор, если он станет сенатором, действительно имеет прямое отношение к принятию решений. Им не приказывают ниоткуда, они достаточно самостоятельные люди всё-таки. И уж тем более они определяют жизнь тех губернаторов и тех конкретных штатов, каких-то городов и местности, где они баллотируются. А у нас это не так, у нас абсолютно централизованная система, жёстко централизованная. Решения принимаются абсолютно не Жириновским, не Явлинским, не Зюгановым. Совершенно в других местах они принимаются. Вот и всё. Мне так кажется.

С. К.: CNN не увидел в крымской диверсии выгоды для Москвы. Сейчас в "Медиаметриксе" тема номер один. Там приводится комментарий, который появился в эфире и на сайте. "Подобное развитие событий, эскалация конфликта, обострение украинского конфликта противоречит экономическим интересам Кремля. Москва не намерена захватывать новые территории, а лишь добивается снятия международных санкций". Верная трактовка?

Д. О.: Если говорить о политике Кремля, да, конечно, чистая правда. Как там проголосовали?

С. К.: Результаты следующие: 74% наших слушателей сегодня Вас поддерживают, Дмитрий, а 26% проголосовали против.

Д. О.: Хорошо. Спасибо и тем, и тем, доброго вечера.

* Организация запрещена в России по решению Верховного суда.