publications/2021/3/30/731484803150.3053-210x.jpeg

publications/2021/3/30/731484803150.3053-300x.jpeg

publications/2021/3/30/731484803150.3053-86x.jpeg

731484803150.3053.jpg

Михаил Делягин

<a href="https://life.ru/900210">Детали</a> в "деле энергетиков" важны, но ещё важнее проговорить о том, что лежит в основании истории.
Реформа электроэнергетики Анатолия Чубайса, начавшаяся в 2001-м и завершившаяся в 2004 году, превратила в потенциально преступную сферу всю российскую энергетику, которая до сих пор не может нормально функционировать.
Смысл реформы, которую я с товарищами смог задержать на восемь с половиной месяцев (это, кстати, составляет предмет моей гордости, о чём я, не стесняясь, говорил в своё время Чубайсу), заключается в следующем.
Единый технологический комплекс производства, генерации, передачи и распределения энергии без сбыта, который действительно можно отделять, был совершенно варварски разрублен по региональному принципу. В результате на месте электроэнергетики искусственно создали хаос.
Как всегда при либеральных реформах, и в частности при реформах Чубайса, центры прибыли приватизировались, а инфраструктурные элементы, необходимые для нормального функционирования системы, сбрасывались на плечи государства. В конечном счёте их финансирование перекладывалось на потребителей через тарифы.
Пример. В Красноярском крае, обладающем, наверное, самой дешёвой электроэнергией в мире — энергией гидроэлектростанций и где уголь, добываемый в открытых разрезах, должен доставляться на Берёзовскую ГРЭС просто по ленте транспортёра, люди платят за энергию большие деньги, как по всей стране.
В то же время эта электроэнергия экспортируется в Китай по цене в разы меньшей. В результате российская электроэнергия спонсирует конкурирующую экономику.
Понятно, что при искусственном завышении цены и при полном пренебрежении надёжностью, о чём свидетельствует произошедшая в конце августа авария на крупнейшей на постсоветском пространстве Рефтинской ГРЭС в Свердловской области, когда без света остались люди аж в Забайкалье, у значительной части руководства электроэнергетики полностью атрофировалось чувство ответственности.
Огромное количество профессионалов было изгнано, потому что они не могли смириться с этим надругательством. На их место пришли люди, которым всё безразлично. Для них электроэнергетика — не инструмент развития страны, а способ её грабежа.
Как и все либеральные реформы в нашей стране, направленные на обеспечение интересов крупного бизнеса и монополий против интересов народа России, реформа энергетики по сути дела носила криминальный характер.
Если какие-то люди, работающие в этой системе, совершали какие-то преступления, то в этом нет ничего странного. Они просто соответствовали духу чубайсовских реформ и идеологии российского либерализма — не по Вольтеру, а по Березовскому.
И удивляться нужно не тем энергетикам, которые совершают преступления, а тем, которые вопреки системе, в которой живут и работают, преступлений всё-таки не совершают.
Надеюсь, что борьба с коррупцией будет идти и дальше и что правоохранительные органы начнут исправлять преступления, почву для которых готовили либеральные реформаторы.
Слободин, Ольховик, Вайнзихер и другие пришли работать в электроэнергетику и были вынуждены работать по правилам Чубайса. Вполне допустимо, что это честные люди.
Защищать или порочить их не моё дело. Я не знаю их лично, не знаю, правы они или виноваты. Но я приветствую борьбу с коррупцией и всё, что выглядит как борьба с коррупцией, поскольку это придаёт острастку другим преступникам. Это заставит их напугаться и ограничить свои аппетиты. Тогда в стране останется больше денег, которые не будут украдены.
Но моё дело — объяснить, во что превращена российская электроэнергетика реформой Чубайса, благодаря усилиям которого сегодня мы обсуждаем этих людей в контексте криминальных сводок.

a5dfb444b78847bfa0fdee5f8724f246.jpg

Экономист Михаил Делягин — о том, почему Михаил Слободин и другие топ-менеджеры сферы энергетики стали фигурантами криминальных сводок.