publications/2021/3/30/800814803125.7141-210x.jpeg

publications/2021/3/30/800814803125.7141-300x.jpeg

publications/2021/3/30/800814803125.7141-86x.jpeg

800814803125.7141.jpg

Вячеслав Данилов

У Захарченко нашли ещё деньги. Немало денег. Меньше, чем в квартире, меньше, чем на банковских счетах, но оно и понятно: их нашли в автомобиле.
Рекомендую также проверить гараж Захарченко, дачу Захарченко, дачу и гараж тёщи Захарченко и далее по списку. Ведь вы наверняка не поверите, что у простого полковника Захарченко не было дачи? Не поверите, что у него не было гаража? Не поверите, что у тёщи Захарченко нет ни гаража, ни дачи? Вот, давайте покопаемся ещё и там.
А когда суммы, которыми располагал полковник Захарченко, достигнут размеров уже не бюджета какого-нибудь российского региона, а бюджета, например, всей РФ, я бы рекомендовал поискать ещё деньги и там, где "нигилисты" искали в доме Чувака из "Большого Лебовски". Да, прямо там, в унитазе. Может быть, на дне завалялось несколько сот долларов? Как грубо и одновременно грустно шутили некоторые комментаторы: с таким объёмом валюты нет нужды ходить за туалетной бумагой.
Дело Захарченко обросло уже изрядным числом домыслов и слухов.
Надо же как-то шокированной аудитории объяснить, откуда взялись такие средства и что это вообще всё значит?
Причём если одним надо объяснять природу этих богатств, то другим — почему эти деньги в таком объёме тупо лежали на квартире. Ну не купался же в них полковник Захарченко как Скрудж Макдак из "Утиных историй"? То ли это средства коррупционного общака, которые собирались, но просто не успели вывезти.
Последняя версия представляется некоторым адекватной. Скорее всего, деньги в квартире Захарченко — не его деньги. Он, возможно, в этой схеме банальное передаточное звено. Но, возможно, это не деньги воровского общака. Будь это иначе, "общак" был бы эффективно размещён, как учит нас в последней книге Пелевин, в коммодитиз.
Присутствие больших объёмов живой валюты, вероятнее всего, свидетельствует о том, что некий банк производил отмыв капитала с последующей его легализацией и обналичкой. Когда-то таким образом промышляло большое число банков, и за борьбу с подобным ровно десять лет назад убили банкира Козлова.
У любой коррупционной схемы есть два источника, две составные части. Первая — собственно, желание вора воровать. Уходить от налогов, прятать деньги в секретном тайном и удобном месте, в какой-нибудь пустующей де-факто европейской гостинице, где на бумаге все номера заняты, в каком-нибудь свечном заводике в тихой балканской стране, который существует лишь в воображении бухгалтеров, и т.д.
Но есть и иная составляющая, которая не имеет отношения к злой воле вора. Когда, например, возникает такая ситуация, при которой невыгодно не воровать. Когда было бы выгодно не выводить средства из страны, выгодно не обналичивать серый и чёрный нал и прочее.
Да, мы не знаем, зачем полковник Захарченко копил деньги. Может быть, он прямо как тот самый хармсовский коллекционер, который просто так сильно любит хруст купюр, что кушать не может. А, может быть, он копил денежку на строительство храма. Большого и красивого.
Но ясно одно: борьба с экономическими преступлениями отнюдь не только долг и обязанность полиции и спецслужб. Это задача тех, кто определяет правила игры в банковском секторе. Тем более в ситуации, когда специально обученные борцы с коррупцией оказываются наглухо коррумпированы.

3ecfd2430a169e56d56974b7d2b05f94.jpg

Политолог Вячеслав Данилов — о том, почему борьбу с экономическими преступлениями в том числе должен вести банковский сектор.