publications/2021/3/28/37203878712.956665-210x.jpeg

publications/2021/3/28/37203878712.956665-300x.jpeg

publications/2021/3/28/37203878712.956665-86x.jpeg

37203878712.956665.jpg

Георгий Асатрян

Во времена президентства Хафеза Асада, отца Башара, в Сирии проживало около 6 млн человек. К 2011 г. — более 22 млн. В результате конфликта из страны выехало более 10 млн. Я часто разговариваю с сирийцами — и со сторонниками режима, и с представителями оппозиции. Но один разговор я никогда не забуду. 
На мой вопрос союзнику Асада, что же делать с Сирией, он ответил очень просто: "Будем воевать, пока не закончатся они или мы". Ровно то же самое мне сказали оппозиционеры: "Мы не остановимся. Пусть население Сирии дойдёт до 6 миллионов, как при его отце, но Башар должен уйти".
Сирийский конфликт по-прежнему в тупике. Между тем 15 октября в Лозанне прошли переговоры с участием России, США, Саудовской Аравии, Ирана, Египта, Ирака, Катара и Турции. Это была первая встреча С. Лаврова и Дж. Керри после краткосрочной приостановки сотрудничества. А накануне президент Владимир Путин подписал соглашение о бессрочном размещении российских войск в Сирии. Это знаковое решение: Москва даёт понять, что намерена принимать самое активное участие в будущем Сирии. Каким бы оно ни было.
А будущее Сирии неясно. Политико-дипломатический процесс развивается архаично и по-прежнему связан с положением на земле. Очень важно определить причинно-следственную связь. Успехи Дамаска "на земле" усиливают его позиции в переговорном процессе и сужают "коридор" требований и возможностей оппозиции, и наоборот. Силы стороны по-прежнему примерно равны. Как будет развиваться ситуация, никто не знает. Однако некоторые контуры можно попробовать спрогнозировать.
<img class="" src="https://static.life.ru/posts/2016/10/918019/5854a64268e0348565f7c5fe9e7f28a2__660x.jpg" alt="" data-extra-description="&lt;p&gt;&lt;span&gt;Фото: &amp;copy; L!FE/Александр Мельников&lt;/span&gt;&lt;/p&gt;">
Сценарии развития
Сирийский конфликт будет продолжаться ещё очень долго, если не бесконечно, но определённые изменения постепенно проглядываются. Переговорный процесс, как и ожидалось, стоит на месте. Позиции сторон в целом не сильно изменились. Но микропобеды, которые одерживает сирийская армия при помощи ВКС РФ, иранцев, шиитских батальонов, мало-помалу превращаются в критическую массу. Однако даже это не означает победу Дамаска. 
Асад уже не проиграет, то есть его уже нельзя сместить силовым путём. Сумрачную надежду даёт последняя встреча в Швейцарии. Во-первых, стороны, в особенности Москва и Вашингтон, поняли, что без диалога сирийский конфликт неразрешим (если он вообще разрешим). Во-вторых, впервые за долгое время состоялась встреча на министерском уровне представителей стран региона. А это очень важно. В переговорный процесс включили Египет, чья позиция близка к российской.
Я уверен, что сирийское государство останется в нынешних внешних границах. Сегодня их никто не будет пересматривать. Это означает пересмотр региональной системы, что вызовет принцип домино. В свою очередь, административное деление внутри страны, возможно, претерпит изменения.
Башар Асад пока останется президентом Сирии. Во-первых, у него реально нет никакой альтернативы. Во-вторых, Дамаск вообще не обсуждает вопрос о смене главы государства. Учитывая свойства баасисткого режима — это невозможно. Несмотря на процесс конституционных реформ, запущенных Асадом, политическая система не изменилась. К сожалению, в Дамаске нет понимания, что нужно выкарабкиваться из ситуации, вести диалог, менять положение дел, подкупать, в чём-то уступать и привлекать на свою сторону конкурентов. Ставка сделана исключительно на силу, а также на противоречия региональных и великих держав, которые, уже находясь в клинче, будут сами решать сирийские вопросы. Логика такая: зачем нам уступать, если Иран и Россия уже решают наши проблемы, они же после всего не уступят. Это эхо холодной войны: арабы всегда умело играли на чужих противоречиях. Это и есть политика, этим занимаются все и всегда.
<img class="" src="https://static.life.ru/posts/2016/10/918019/2e47ca5b14ad166c22ee236de0339178__660x.jpg" alt="Фото: © L!FE" data-extra-description="">
С другой стороны, политически Сирию сложно изменить. Баасисты не хотят реальных реформ, они просто не способны к ним. А реальной неисламистской альтернативы просто нет. История Сирии знает только две конкурентоспособные системы: нынешний светский социализм вкупе с арабским национализмом и исламистская форма правления, которую предлагают "Братья мусульмане" (Ораганизация запрещена в РФ решением Верховного суда).
В течение месяцев будет отбита экономическая жемчужина Сирии — Алеппо. Боевики, среди которых есть как умеренные, так и террористы, окружены. Освобождение Алеппо — дело времени. А это означает, что чаша весов в гражданской войне бесповоротно смещается в пользу Асада. Боевики оставят незначительное присутствие в городе, как это было в провинциях Хама и Хомс. Там сирийская армия полностью контролирует столицы и большую часть провинции, однако на некоторых окраинах орудуют боевики. Боестолкновения низкой интенсивности в Алеппо будут продолжаться ещё долго.
Я думаю, что после Алеппо сирийцы повернут войска в сторону Идлиба. По крайней мере, это будет наиболее правильным шагом. Многие говорят о штурме столицы ДАИШ* Ракке. Однако это невозможно по целому комплексу причин. Более того, глубокое понимание ситуации показывает, что контроль Идлиба значительно важнее авантюрного похода в пустыни Джазиры. 
Тем более что про Ракку, да и существенную часть восточных районов Сирии Асаду лучше забыть. Он уже никогда не будет контролировать этот город. Население, проживающее в районах, подконтрольных радикалам (3—7 млн), не против власти ДАИШ. По крайней мере, серьёзных протестов за редким исключением зафиксировано не было. Поэтому Дамаску нет смысла разворачивать войска в сторону Ракки.
<img class="" src="https://static.life.ru/posts/2016/10/918019/88bda8477a5ba8b48f971a92257a1fda__660x.jpg" alt="Фото: © L!FE/Михаил Фомичев" data-extra-description="">
В провинции Идлиб Асаду будет сложно. Хотя после Алеппо в его распоряжении будет значительно больше "свободных" солдат (несколько десятков тысяч), которые будут направлены на северо-запад. Дело в том, что эта провинция исторически и географически настроена против Дамаска. В Идлибе сильны позиции "Мусульманских братьев" (Организация запрещена в РФ), а географическая близость к Турции позволяет постоянно подпитывать исламистские настроения.
С другой стороны, важно помнить аксиому войны: одно дело отвоевать территорию, а совсем другое — её контролировать. Именно поэтому многие решения руководства армии кажутся странными. Например, почему после освобождения Пальмиры войска не развернули логичное наступление на восток?
Во-первых, у Асада есть понимание, что у него нет поддержки в определённых частях Сирии. Во-вторых, вооружённые силы находятся в очень сложном положении, солдаты измотаны непрекращающейся войной. Руководство армии в ряде случаев принимает не лучшие тактические и оперативные решения. Жалование солдат крайне низкое, в то время как отдельные батальоны ополченцев, находящиеся на иностранных дотациях, получают куда больше "внимания".
<img class="" src="https://static.life.ru/posts/2016/10/918019/10af65e78f982ddf45a15d49e0b47edd__660x.JPG" alt="" data-extra-description="&lt;p&gt;&lt;span&gt;Фото: &amp;copy; L!FE/Александр Мельников&lt;/span&gt;&lt;/p&gt;">
Мировой войны не будет
Довольно часто можно услышать прогнозы о мировой войне, которая начнётся из-за Сирии. Мол, отношения между Россией и США достигли дна, никто не хочет и, главное, не может уступить. А позиции американских "ястребов" в период предвыборной гонки значительно усилились, и вот-вот будет война.
Мировой войны из-за Сирии, конечно, не будет. Я не раз говорил и ещё раз повторю ключевой фактор. Для США и России сирийский конфликт не является экзистенциональным. А главными акторами этой "вечной" войны являются региональные центры силы. Поэтому переоценивать роль Москвы и Вашингтона в Сирии не стоит.
Возможно, информационный фон говорит об обратном. Порой отдельные депутаты готовы в прямом эфире жизнь отдать за Башара Асада. А генералы из Пентагона делают бессмысленные и недопустимые заявления. Но это всего лишь фон, элементы пропаганды политических линий. Для международной жизни подобные элементы абсолютно естественны.
<img class="" src="https://static.life.ru/posts/2016/10/918019/a3cf49b22b64fe70148c34df4d228f57__660x.jpg" alt="Фото: © L!FE/Михаил Фомичев" data-extra-description="">
Президентская гонка в США играет свою роль в ужесточении риторики Вашингтона. Но есть надежда, что после завершения кампании начнётся процесс если не сближения, то нормализации. Это нужно всем. Вашингтон, к сожалению, не перестанет проводить губительную для Ближнего Востока и других регионов политику поддержки радикальных исламистских группировок. Это стратегическая линия, которая долгое время теоретизировалась и прорабатывалась. В США действительно убеждены, что на Востоке есть такое явление, как moderate Muslim rebels, то есть "умеренные исламисты". Например, мозговой центр "Корпорация RAND", имеющий серьёзное влияние на ЦРУ и Пентагон, выпустила выдающийся труд — Building Moderate Muslim Networks. И Ближнему Востоку с этим, к сожалению, жить. Эту стратегическую линию пока не изменить.
Между тем война в Сирии имеет свою региональную логику. Это классический пример proxi войны. Основными игроками в конфликте являются страны географии, а вовсе не Россия и США. С одной стороны Саудовская Аравия, Турция, Катар, с другой — Иран, "Хезболла" и шиитские группировки. В их понимании в этой войне нет места компромиссам и дипломатии, а победа в Сирии — полное поражение противника. 
А это пока невозможно. Единственный выход из сложившейся ситуации — приближение позиций России и США и обоюдное давление на страны региона. Но, к сожалению, на данный момент это нереализуемо. Компромисс между региональными странами невозможен в принципе.

dbaedd7879562db5f7bd938dbf4c7da0.JPG

Востоковед, кандидат исторических наук Георгий Асатрян — о том, почему Сирию ждёт долгий конфликт, который сложно остановить нерегиональным странам.