publications/2021/3/30/976252862730.3611-210x.jpeg

publications/2021/3/30/976252862730.3611-300x.jpeg

publications/2021/3/30/976252862730.3611-86x.jpeg

976252862730.3611.jpg

Линн Ханова

Нас пытаются убедить, что в том, что на выборах в США после чёрного президента и против кандидата-женщины победил белый мужчина, нет ничего такого. Дескать, мы живём в просвещённом мире, на дворе XXI век, и следует обращать внимание на политические программы и обещания, а не на пол и цвет кожи.
Это любимая иллюзия европейской цивилизации — мечта о полностью рациональном мире, в котором значение имеют только идеи и решения, а тело остаётся неважным примечанием на полях.
Между тем политические программы и обещания имеют свойство меняться. Резонно предположить, что Трамп не сможет провести в жизнь большую часть своих самых радикальных обещаний: построить стену на границе с Мексикой, запретить аборты, ввести конверсионную терапию для геев и т.д.
Но главная опасность Трампа — не в тех политических решениях, которые он может принять или не принять, а в той модели поведения, которую он нормализует своим избранием.
Вот пример аналогичной нормализации: количество преступлений на почве национальной и религиозной ненависти в Великобритании подскочило на 46% в первую же неделю после референдума по Брекситу и продолжило расти, потому что агрессивный шовинизм получил коллективное одобрение нации.
Изнасилования, пытки, преступления на почве расовой ненависти и гомофобии — все эти преступления объединяет предъявление прав на владение чужим телом.
Убеждение, что мужчина имеет полное моральное право воспользоваться телом женщины, которая не спрятала его за достаточно длинной юбкой, регулярно служит оправданием для изнасилования.
Гомофобия обосновывается болезненной обеспокоенностью, чтобы у вашего тела и тела, с которым вы ложитесь в постель, были разные гениталии.
Государство, запрещающее аборты, присваивает себе право распоряжаться телом женщины как аппаратом для вынашивания ребёнка.
Тело с другим цветом кожи является более приемлемым объектом для избиения, но менее приемлемым — для оправдания в суде.
Вот в чём опасность рационализма: в то время как "голова" убеждает нас, что тело не имеет значения, через тело осуществляется реальная власть.
Выбор между Клинтон и Трампом был выбором не только между двумя наборами политических идей.
Жизненный опыт Клинтон состоял том, чтобы постоянно доказывать, что её тело никому не принадлежит. Женщинам не надо объяснять, каково это — находиться в окружении людей, которые считают чужое тело своей собственностью: они сталкиваются с этим постоянно.
Жизненный опыт Трампа, по-видимому, показал ему, что женские тела можно оценивать по размерам, как коров на выставке, и что тела школьниц можно безнаказанно щупать за гениталии.
Человек, активно предъявляющий свои права на чужое тело, теперь избран президентом, а значит, такое поведение одобрено коллективным демократическим выбором американской нации.
Тем временем сторонники Клинтон, либеральная пресса, политические аналитики и предсказатели от медиа пребывают в ошеломлённом изумлении: они живут в рационалистской иллюзии и продолжают смотреть на президентскую гонку так, как будто это диспут в университетской аудитории.
Победа Трампа — это не победа над рациональным миром, это доказательство, что его никогда не существовало.

ab7cb5c2fa1b825f5183b17c002d747d.jpg

Публицист Линн Ханова — о том, что главная опасность Трампа не в политике, которую он будет проводить, а в модели поведения, которую он собой олицетворяет.