publications/2021/3/23/971729936929.876-210x.jpeg

publications/2021/3/23/971729936929.876-300x.jpeg

publications/2021/3/23/971729936929.876-86x.jpeg

971729936929.876.jpg

Елена Котова

Новый министр экономического развития. Максим Орешкин, 34 года. Уже как минимум трое тридцатилетних на разных вершинах горного массива исполнительной власти, и речь идёт, конечно, о смене поколений.
Смена назрела. Не только потому, что у молодых больше энергии и взгляд скорее из будущего, чем из прошлого. Они лучше образованны, их мозги не отравлены лекциями по марксизму-ленинизму, они намного больше технократы, чем шестидесятилетние.
Резюме Орешкина достойное. Заведующий сектором в ЦБ России, руководитель аналитических подразделений в Росбанке, Crédit Agricole и "ВТБ капитал". Оттуда перекочевал в Минфин, где стал замминистра.
Перед ним сложнейшая задача, и он не может её не осознавать: Минэкономики — именно то ведомство, которое обязано и способно разработать пакет структурных реформ, о чём после Грефа забыли все. Что исполнительная власть, что депутаты, что общественное мнение, включая СМИ. Минэко сравнивают с малозначащим аналитическим центром, который пишет записки, даёт рекомендации. В общем, штаны протирают его сотрудники.
Ясен пень, Минфин главнее. Он постоянно что-то делит. Так, чтобы пятью хлебами накормить страждущих. Из года в год в бюджетных статьях отрезались куски от тех сфер, где дырок поменьше, чтобы заткнуть этими деньгами дыры побольше. Затычек на всё не хватало и не могло хватать, потому что все мысли лишь о том, как поделить, но никак не о том, как создать.
И даже для того, чтобы создать, в ходу практически один инструмент: выдать денег из казны. В итоге уже не просто топтание на пятачке, а танцы на кончике нефтяной иглы. "Нефть — рубль", "рубль — бюджет", "давать — не давать".
От мантр "диверсификация", "модернизация" у всех давно оскомина. А это и есть структурные реформы. Запускать их можно, только умело маневрируя налоговыми инструментами, импортными тарифами, то есть действуя стимулами, льготами для внедрения передовых технологий, гарантиями стабильности "правил игры". Именно это — функция Минэкономики.
По некоторым высказываниям можно утверждать, что Орешкин это понимает. "Решений только с плюсами не существует. Хотите рост — пожалуйста, высокое потребление здесь и сейчас — пожалуйста. Но всё вместе и сразу не получится. Чудес не бывает". Ключевое слово — "рост". Создание общественного богатства, а не только его всё более убогая делёжка.
Понимает юный министр и то, что в стране не так мало денег, как кажется. Они под матрацами у населения, а это — один из основных источников "длинных денег". Чтобы решиться вынуть деньги из тумбочек и дать возможность банкам финансировать ими экономический рост, нужны опять-таки стабильность рубля, контроль инфляции и доверие к банкам. Задача не для одного Минэко, тут нужно действовать рука об руку с Минфином и ЦБ.
Судя по всему, Максим Орешкин за приватизацию крупнейших госкомпаний: по крайней мере в отношении "Роснефти" он высказался именно в таком ключе. А вот кому продавать? Вопрос на засыпку. Сделку, на которой погорел его предшественник Улюкаев, приватизацией никак не назовешь: государственная "Роснефть" за государственные деньги покупает государственную же "Башнефть".
Насчёт продажи госактивов на свободном рынке, в том числе иностранцам, государство лукаво помалкивает. Молчит на эту тему и новый министр, с ходу на амбразуру не бросается. Оппонентов продажи неэффективных госактивов у нас пруд пруди. Людей же, которые понимают, что приватизация призвана не пополнять бюджет, а обеспечивать новые, свежие инвестиции, то есть постоянный приток денег за счёт развития — раз-два и обчёлся.
Одну шпильку в адрес госкомпаний юноша, правда, себе позволил. Заявив, что те распределяют слишком мало дивидендов, что по существу означает недоплату налогов, а это означает, что бюджет фактически субсидирует госмонополии.
Короче, парень разбирается. Хочется верить, что он садится в кресло министра с командой таких же молодых и подкованных. Которые понимают, что без перезапуска экономического механизма, при прежней надежде на нефтяную трубу нам всем труба.
Остается понять ответы ровно на два вопроса.
Дан ли Максиму Орешкину мандат на такой перезапуск? На то, чтобы переориентировать экономический механизм с раздачи и запретов на рост и стимулирование, которые принесут модернизацию несырьевых отраслей, а значит, и диверсификацию экономики. Хотят ли перемен те, кто назначил его на этот пост?
И вопрос второй: есть ли у него достаточная стамина, чтобы убедить "старших товарищей" в очевидной их необходимости.

bff96ea34eae147fb4ccc0e93d1eacf0.jpg

Писатель Елена Котова — о новом министре экономического развития Максиме Орешкине.