publications/2021/4/17/6716703924.243147-210x.jpeg

publications/2021/4/17/6716703924.243147-300x.jpeg

publications/2021/4/17/6716703924.243147-86x.jpeg

6716703924.243147.jpg

Алексей Чадаев

Обама в своей прощальной речи сообщает нам, что его правление — одни сплошные успехи США на внутренней и внешней арене. Про внутреннюю судить не буду, но про внешнюю такое утверждение, конечно, выглядит странно. Речь даже не о противниках Америки — об её союзниках.
Думаю, бармалеи из "Свободной сирийской армии", сидя под бомбами в Алеппо, не раз поминали арабским матом своих вдохновителей и благодетелей. В то же время какой-нибудь Олланд, которого именно позиция послушного сателлита США превратила в парию внутри собственной страны, также мог бы сказать пару ласковых в адрес уходящего президента.
Как и Порошенко с Турчиновым, скажем. Украинцы вообще могут многое предъявить обамовской администрации: вдохновили, накормили печеньками, пообещали золотые горы и почти ничем не помогли, когда "революция достоинства" привела к гражданской войне, потере территорий и традиционных рынков, падению экономики и криминализации власти.
Список можно дополнить израильтянами, немцами и много ещё кем.
Тем не менее внешнеполитическая часть речи Обамы заслуживает внимания как манифест экспансионистской доктрины, которая никоим образом не собирается сходить со сцены вместе с его администрацией. Здесь интересны умолчания — не то, о чём он сказал, а то, о чём не сказал. В частности, он никак не прокомментировал итоги "цветных революций", случившихся в его правление при непосредственной поддержке его администрации в самых разных странах. Ни Украина, ни Сирия, ни Ливия упомянуты не были. Неудобная, понятное дело, тема.
Зубоскалить про это — про президента-лауреата Нобелевской премии мира, развязавшего несколько войн за много тысяч километров от своей страны и ни одной из них не сумевшего ни выиграть, ни хотя бы завершить — дело нехитрое. Но это и без меня есть кому делать. Я же хотел обратить внимание на ключевой узел противоречий, своего рода логическую ловушку, в которую всегда попадают экспансионисты, делающие ставку на "политику ценностей".
Обама в речи манифестировал качественное отличие США от их основных противников, которыми он назвал Россию и Китай. Это набор продвигаемых ценностей: свободные рынки, открытая демократия и гражданское общество. Противники же в его модели — это "автократии", "большие страны", которые "обижают маленьких", и потому их лидеры видят в этом наборе ценностей угрозу своей власти.
Было бы красиво и логично: есть мировой лидер в виде США, есть завистливые автократии и есть множество малых стран, которые чувствуют себя в безопасности лишь потому, что страна-лидер защищает их от автократий. Но здесь и кроется развилка: по факту именно "маленькие страны" в основном и страдали при Обаме от такого "покровительства". Причем это касается не только стран, где у власти плохие и злые диктаторы, вроде Ливии или Сирии, но и многолетних верных союзников Америки — от мубараковского Египта или эрдогановской Турции до той же Украины.
По факту никто не чувствовал себя в безопасности. Жрецы из "сияющего города на холме" всякий раз меняли мнение по поводу того, является тот или иной режим демократическим, соответствующим ценностям "свободного рынка и гражданского общества", или же нет. Ясных критериев никогда не предъявлялось: та же Саудовская Аравия почему-то вопросов не вызывала, а какой-нибудь мирный Тунис внезапно оказывался в изгоях. Неудивительно, что даже традиционные союзники — та же Турция или Израиль — начали помаленьку отгребать из-под крылышка "самой мощной страны в мире".
Когда Путин встречался с политологами на Валдайском клубе, он сформулировал свою позицию по поводу обамовской администрации примерно так: главная их проблема — в том, что они систематически не держат слово. Лучше уж прямое "нет", чем такое "да", которое по факту может означать что угодно. "Что это за сверхдержава, с которой о чем-то договариваешься, а потом они приходят и говорят: мы не смогли?" — спрашивал российский президент. И действительно: если в самом деле не смогли, то они не сверхдержава, а если кинули, значит, они просто жулики, а никакие не "защитники ценностей свободы". Ну и, судя по происходящему в самых разных странах в последние годы, наш президент далеко не одинок в мире в таких своих оценках.
Более того. Наверное, в этом и состоит секрет той авансовой, ни на чём пока, кроме риторики, не основанной симпатии к избранному президенту Трампу. Когда он говорит Make America great again, мы это слышим не в том смысле, что у нас теперь будет дружба не-разлей-вода. А скорее в том, что "самая сильная страна в мире" снова научится держать слово и выполнять данные другим обещания. Как и подобает мировому лидеру.
А Обама может говорить всё что угодно. Сказав Yes, we can!, за восемь лет своего президентства смог он доказать лишь то, что всё сказанное им можно не слушать.

34109300ba663b5662d268c2806850b5.jpg

Политолог Алексей Чадаев — о внешнеполитической части прощальной речи Барака Обамы.