publications/2021/3/28/653324145428.3668-210x.jpeg

publications/2021/3/28/653324145428.3668-300x.jpeg

publications/2021/3/28/653324145428.3668-86x.jpeg

653324145428.3668.jpg

Иван Денисов

Чем ближе официальное начало президентства Дональда Трампа, тем более отчётливые очертания приобретает его кабинет. Но, по американским законам, решающее слово остаётся за сенатом, который должен одобрить кандидатуры, предложенные президентом.
Сейчас в сенате республиканское большинство. То есть, с одной стороны, сенаторы должны поддержать президента, который представляет их партию. С другой – не уподобиться массе, однозначно одобряющей всё, что делает Трамп. Демократическое же меньшинство должно обозначить свою оппозиционность, но при этом не показать себя теми, кто тормозит действия исполнительной власти неоправданными придирками.
В общем, те, кто предстал перед сенаторами на прошлой неделе, не испытали серьёзных проблем, за исключением двух человек, о которых речь пойдёт ниже.
Проще всего было министру транспорта Элен Чао. Её слушания журналисты даже назвали "любовной вечеринкой". Сенаторы осыпали Чао комплиментами, вне зависимости от своей принадлежности. Как известно, демократы, сторонники правительственных расходов, вообще одобряют предложенные Трампом миллиарды на инфраструктуру и транспорт. Противники таких излишеств, республиканцы, не противоречат Трампу, но хотят, по крайней мере, видеть своего человека на подобном посту.
Чао порадовала всех как поддержкой правительственных расходов, так и словами об обязательном привлечении частного сектора. Понятно, что привлечь будет не так легко, но Чао подчеркнула: "У правительства нет ресурсов делать всё". Консерваторы тоже не особенно возражают против её кандидатуры, хотя видят в ней не "свою", но опытного менеджера с работой в администрации Буша-мл. на посту министра труда, например. Несколько смущает разве что совпадение такой всеобщей любви с тем, что Чао — жена главы республиканского большинства в сенате Митча Макконнелла.
Не испытал особых сложностей и кандидат на пост директора ЦРУ Майк Помпео. Конгрессмен сам имеет представление о работе законодательной власти, потому общение с сенаторами прошло без особого напряжения. Сенаторов, конечно, интересовал вопрос, на чью сторону встанет будущий глава ЦРУ в наметившемся конфликте между разведорганизациями США и новоизбранным президентом по вопросу вмешательства российских спецслужб в выборы.
Помпео согласился с выводами разведсообщества о недружественных действиях России и в целом держал линию антироссийского ястреба ("Москва вторглась на Украину, угрожает Европе и ничего не делает для борьбы с ИГИЛ*"). Заодно он — критик соглашения с Ираном по ядерной программе. Помпео не стал настаивать на его отмене, но подчеркнул: "Иранцы — мастера обманывать". И пообещал усилить разведконтроль над выполнением условий соглашения. Отказался Помпео и от возвращения к особо жёстким формам допросов террористов, что обещал в своё время сам Трамп и что Помпео-конгрессмен поддерживал.
Генерал Джон Келли, кандидат в министры внутренней безопасности, тоже не встретил особой агрессии, хотя, очевидно, слегка разочаровал сторонников жёсткой позиции в борьбе с иммиграцией и терроризмом. Генерал не согласился, что столь любезная сердцу Трампа стена на границе с Мексикой решит проблему. Но разумно добавил о важности усиления пограничного контроля при помощи сочетания патрулей и технических средств вроде дронов.
Келли не счёл разумным усиливать наблюдения за мечетями и мусульманами в США, но обратил внимание на важность международного сотрудничества, прежде всего с правоохранительными органами стран Латинской Америки. С выводами разведсообщества о вмешательстве России в выборы Келли согласился.
С большим интересом ожидались слушания по кандидатуре Джеймса Мэттиса. Возможный министр обороны должен был убедить сенаторов в необходимости отойти от правила назначать на пост штатского или отставного более семи лет военного (Мэттис ушёл в отставку в 2013). В целом и его слушания прошли гладко. Мэттис тоже отказался от былой жёсткости в критике соглашения с Ираном, практически признав его. А самым спорным моментом стал диалог по Израилю. Мэттис признал: Израиль — единственная демократия на Ближнем Востоке, назвал "Хамас" террористической организацией, но в остальном обозначил разрыв с главенствующими в консервативном движении идеями. Назвал столицей Израиля Тель-Авив, а не Иерусалим и не стал отказываться от проекта двух государств.
Кстати, по данным из команды Трампа, генералы Джеймс Мэттис и Майкл Флинн (советник Трампа по национальной безопасности) уже не в очень хороших отношениях. Флинн, чей не слишком приятный характер отмечают многие, достаточно болезненно переживает факт, что в команде Трампа есть генерал старше его по званию (Мэттис старше). Не стремится Мэттис к дружбе и с новым президентом, настаивая на полном контроле над новыми назначениями в министерстве и отвергая рекомендации Трампа. В этом смысле именно вероятный глава Пентагона мог бы стать главным представителем консерваторов — критиков Трампа в администрации, если бы не те самые действительно серьёзные разногласия с консерваторами по Израилю.
Между тем конгресс позволил генералу Мэттису обойти "правило семи лет" и стать министром.
Кому пришлось нелегко, так это кандидату в генеральные прокуроры Джеффу Сешнсу. Хотя ведущий противник нелегалов и старался угодить, как то делал Келли, отвергнув слежку за мусульманами и применение жёстких форм допроса, это не спасло его от надуманных обвинений в расизме со стороны демократов и левых либералов. Дошло до обычного хамства: когда Сешнс появился перед слушаниями с маленькой девочкой азиатской внешности, то левые журналисты поспешили отправить в соцсети шутки низшего пошиба о "девочках из магазина игрушек". Когда оказалось, что речь о родной внучке "расиста", то особых извинений не последовало. Отметим, что главным защитником Сешнса стал один из наиболее видных консерваторов Сената — Тед Круз.
Ну а основной мишенью именно для республиканского большинства стал кандидат в госсекретари Рекс Тиллерсон. Сенатор Марко Рубио почти всех разочаровал действиями во время республиканских праймериз, но на слушаниях предстал едва ли не самым агрессивным и жёстким ястребом. Его диалог с Тиллерсоном стал хитом слушаний.
Бизнесмен, напомню, — лауреат российского ордена Дружбы и, по принятому мнению, дружественный России деятель, он сразу был поставлен атакой Рубио перед необходимостью защищаться. Тиллерсон во встречах с сенаторами перед слушаниями уже старался обозначить более жёсткую позицию по России и, отбиваясь от Рубио, продолжил начатое.
Возможный госсекретарь обозначил, что Россия и США никак не друзья ("наши системы ценностей слишком отличаются"), осудил действия России в Крыму и тоже согласился с оценками разведсообщества о вмешательстве в американские выборы. Но отказался признать Владимира Путина военным преступником (к чему призывал Рубио) или высказаться о притеснении и убийствах оппозиционеров в России.
Тиллерсон не дал чёткого ответа по вопросам сотрудничества возглавлявшейся им компании "Экссон Мобайл" с Ираном или Сирией и отказался признавать, что компания лоббировала отмену санкций против России.
В общем, Тиллерсон остаётся самым спорным кандидатом прошедшей недели. Тот же Рубио не стал сторонником бизнесмена после слушаний и отказался обещать голосовать за его утверждение.
На этой неделе слушания по кандидатурам продолжатся, но от них особых сенсаций уже не ожидают. И даже разногласия по Тиллерсону вряд ли помешают сенаторам всё же утвердить его, как и других назначенцев Трампа.

54bcc1e43fc7fc9d1494f5cd4e110ad0.jpg

Политолог-американист Иван Денисов — о том, как проходили в сенате слушания ключевых кандидатов в Администрацию Президента США.