publications/2021/3/23/1331281595879.7837-210x.jpeg

publications/2021/3/23/1331281595879.7837-300x.jpeg

publications/2021/3/23/1331281595879.7837-86x.jpeg

1331281595879.7837.jpg

Елена Кондратьева-Сальгеро

Степень хрупкости цивилизации нагляднее всего проявляется при испытании низкими температурами. Причём не рекордно низкими и даже не резко упавшими, но самыми рядовыми, сезонными, просто давно забытыми в связи с тотальным потеплением и размягчением мозгов.
Когда все европейские передовицы изобилуют прилагательным "сибирский", а под заголовками вы находите мелким шрифтом циферки –6°С и –8°С, самое время, как говорят французы, слезть с велосипеда и посмотреть, как крутятся педали, чтобы понять, что же пошло не так.
"Сибирские морозы обрушились на Европу", "На юге Италии — сибирские снега!", "Волна сибирских холодов во Франции", "Францию накрыли сибирские температуры".
Температурные "санкции" небесной канцелярии мгновенно становятся игральной картой самого высокого значения в политико-идеологических играх при условии быстрого реагирования и искусства игрока.
Пока часть прессы в ожидании ей же накликанных катастроф критикует на чём свет стоит соцправительство Франции, позакрывавшее 21 атомный реактор из 58 (из них 15 для рутинного технического осмотра, и 7 — для перепроверки на надёжность), другая её часть бьёт в бубен политкорректности, привлекая сочувствие обывателя к "замерзающим на дорогах Европы" мигрантах и чуть менее усердно — к своим родным и местным бомжующим гражданам.
Информационные кампании взывают к сознательности, убеждая экономить на чём только возможно, не "париться" дома при температуре выше +19°С и хотя бы не держать включёнными по нескольку подзарядок одновременно — при нынешней безответственности обывателей и то — хлеб, а на большее не рассчитывают даже СМИ.
Всё население пригородов с тревогой следит за термометром, потому что от него зависит, смогут ли дети ходить в школу: если префектура решит, что состояние обледенелости дорог подвергает опасности перевозку пассажиров, фирма, предоставляющая школьные автобусы, отменит все рейсы и отдохнёт до потепления, не возместив клиентам ни сантима из оплаченного на год проездного билета. Вынужденный простой из-за климатических условий не обязывает фирму ни выплачивать компенсацию, ни устанавливать на её автобусах зимнюю резину. Такая замена обходится дороже, а похолодание, в конце концов, не вечно и скоро кончится. Потерпите!
И дороги в Европе, хоть и зашибись какого качества, а обработать их все сразу, чтоб нигде не леденело и не скользило, всё равно невозможно. Так что не выпендривайтесь, сидите дома, дышите в ладошки, грейте мысль.
Подобная история случается регулярно, каждую зиму, но так и не приводит ни к каким конкретным результатам: подавляющее большинство транспортных компаний просто останавливает перевозки и ждёт потепления вместо того, чтобы вложить средства в необходимое оснащение и приспособиться к ситуации, возникающей ежегодно.
В конце концов, как пишут дети в школьных сочинениях, зима — это такое время года, когда бывает холодно и даже выпадает снег.
И Европа, между прочим, и Франция в частности, должна бы это помнить без того, чтобы залезать в допотопные источники и с изумлением разглядывать картины Брегейля: нормальные зимние холода вовсе не датируются эпохой последнего ледникового периода, но случаются периодически и совсем ещё недавно были такой же обыденностью, как и в России.
Ещё бодры старожилы, помнящие, как замерзала Сена и рождественские гуляния с ломящимися под яствами столами устраивали прямо на льду. Там же, где топтался небольшой оркестрик и где самые отчаянные устраивали танцы на коньках.
А я, в свою очередь, хорошо запомнила, как всего несколько лет назад при очередной "неожиданности" в минус всего лишь 17°С замерзали новейшие трубы современных конструкций и жители престижных "дизайнерских" построек в срочном порядке учились терпению и смекалке без воды, канализации и отопления.
Вставали поезда и не летали самолёты. Многие транспортировщики отменяли рейсы, и в продуктовых магазинах начинали пустеть полки с вовремя не доставленными товарами.
Всего лишь несколько дней! Пока не потеплело — и всё вернулось в привычную колею.
Многие жители "столичных городов" вообще не заметили сбоев и разницу ощутили только, что называется, на кончике подмёрзшего носа.
А этого явно недостаточно, чтобы здоровое воображение взыграло симфонией и позволило представить себе, что будет, если "санкции" небесной канцелярии, не дай бог, продлятся на непредсказуемый период или ужесточатся — в плане двузначных цифр ниже нуля.
Если достаточно всего минус шести градусов, чтобы пол-Европы полегло под климатические условия, вскричало о "сибирских морозах" и взмолилось о пощаде, возлагая слева направо, справа налево вину за неготовность к зиме при неожиданных и стойких минус двадцати, можно быть уверенным, что вся европейская конница и вся европейская рать станет, по выражению одной колумнистки, "твёрдой ногой" в полный хаос и раздрай.
Потому что если кому и придёт в голову вовремя заменить нужные колёса, то большинство состорожничает и попытается отсидеться в нестабильном комфорте, пока не потеплеет. Дураки и дороги, как видите, явление вечное и повсеместное.
И прежде чем переобуться на морозе в зимнюю резину и начать серьёзно разгребать (готовя сани к лету), во всех температурных безобразиях и сбоях с отоплением, конечно, обвинят главного массовика-затейника наших времён, союзника всего традиционного, противника всего политкорректного.
Можно с уверенностью сказать, нашего человека в небесной канцелярии.
Ну-ка, вместе, хором, как на кремлёвской ёлке: "Здравствуй, Дедушка Мороз!"
А вы на кого подумали?

9e948aeab9d757ba362462c7a3ce7b6b.jpg

Журналист Елена Кондратьева-Сальгеро — о том, как европейская цивилизация не выдерживает проверки на прочность низкими температурами.