publications/2021/3/28/1152121168687.619-210x.jpeg

publications/2021/3/28/1152121168687.619-300x.jpeg

publications/2021/3/28/1152121168687.619-86x.jpeg

1152121168687.619.jpg

Тарас Бурмистров

Спор вокруг фильма "Матильда" превратился в дискуссию о наличии цензуры в стране. Вопрос оказался достаточно важным, чтобы в него вмешались первые лица государства и РПЦ.
Как мы знаем, цензуры на государственном уровне в России не существует. Это великое благо, о котором мы вспоминаем очень редко — как и о воздухе, которым дышим. "Цензура запрещается" — коротко и ясно сказано в конституции. И в самом деле, журналисты и писатели могут высказываться свободно, режиссёры снимают фильмы на те темы, которые им нравятся.
В стране нет никаких цензурных органов наподобие советского Главлита. Государство сознательно отказалось от всех ограничений в этой сфере. Но вдруг появились группы, очень сплочённые и активные, которые решили заменить собой тут государство. Те репрессивные меры, которыми они угрожают, заставляют вспомнить самые мрачные страницы российской цензурной истории — как дореволюционной, так и советской. Впрочем, даже тогда, хоть и бывало всякое, но всё-таки кинотеатры не горели после выходов спорных фильмов на экраны.
Некая никому не известная группировка с пышным названием "Христианское государство — Святая Русь" сейчас угрожает именно такими мерами. Она разослала, по её же словам, около тысячи писем по домашним адресам директоров кинотеатров. Если "Матильда" выйдет в прокат, "кинотеатры будут гореть, может, даже пострадают люди", — говорится в этих письмах.
Зная, насколько боевые группы склонны к преувеличениям о размахе своей деятельности, можно предположить, что в реальности писем намного меньше. Но и одного такого призыва, выложенного в Интернете, достаточно, чтобы понять, что мы имеем дело с уголовным преступлением.
Как известно, раскрывать и пресекать преступления — это дело полиции, в случае опасных группировок — спецслужб. Но здесь вопрос вышел на совершенно другой уровень. И неудивительно: дело не только в одной тёмной организации, которая решила взять на себя функции духовной цензуры, существовавшей в Российской империи. По сути, затрагиваются основы конституционного строя.
Политическое и идеологическое многообразие, запрет на обязательную идеологию и цензуру, — всё это сказано прямым текстом в положениях конституции, и пламенные воззвания самозваных представителей Святой Руси их прямо нарушают. Такие случаи бывали и раньше, хотя и не с такими серьёзными угрозами.
Если организаторы акции решили, что государство их поддержит, то они просчитались. Дело даже не в том, что "Матильду" пока никто не видел, потому что работа над фильмом ещё не окончена. И не в том, какова будет реакция общественности на фильм, когда его посмотрят. Вопрос в другом: добровольные помощники властей, пытающиеся быть "святее папы римского" — нет ли у них какой-то поддержки? Не относится ли к ним власть с благожелательным нейтралитетом? Такие предположения звучали, например, из уст Константина Райкина, в его нашумевшем выступлении о цензуре.
Приятно отметить, что в этот вопрос наконец внесена ясность. В пресс-службах президента и РПЦ оценили ситуацию одинаково: как "угрозы со стороны анонимных экстремистов" и "экстремистские призывы". Спор вокруг фильма (или вернее о том, как подавать и интерпретировать эпизоды русской истории) теперь снова переводится в цивилизованное русло. Мы ещё услышим сотни самых резких и полярных мнений о "Матильде", но, будем надеяться, никому больше не придёт в голову участвовать в этой дискуссии через угрозу сжечь кинотеатр.

7094a13488ce3c94f49aba9d2df2a10b.jpg

Фото: &copy; <a href="https://www.kinopoisk.ru/picture/2753786/" target="_blank">Кинопоиск/Матильда</a>

Писатель Тарас Бурмистров — о том, почему угрозы в адрес автора фильма Алексея Учителя — в некотором роде вопрос государственной важности.

Санкт-Петербург

Мнения

"Матильда" ещё не вышла, а кинотеатры уже почти сожгли