publications/2021/3/30/955283581833.7291-210x.jpeg

publications/2021/3/30/955283581833.7291-300x.jpeg

publications/2021/3/30/955283581833.7291-86x.jpeg

955283581833.7291.jpg

Роман Романов

Победа Бурхана Озбилиджи на конкурсе World Press Photo вызывает негодующие возгласы. Напомню, признанная фотографией года работа Озбилиджи – снимок террориста, кричащего над трупом только что им же убитого российского посла Андрея Карлова.
Алексей Пушков уже сказал, что в этом есть какая-то "моральная червоточина". И даже председатель жюри Стюарт Франклин признался, что не голосовал за это фото, потому что публиковать изображение убийцы и его жертвы "проблематично с моральной точки зрения".
Мнение Пушкова и Франклина понятно, но я не могу с ними согласиться. Возможно, в той ситуации Бурхан Озбилиджи был единственным живым человеком, к качеству работы которого нет вопросов. Фотокорреспондент оказался на месте трагедии и зафиксировал тот самый "решающий момент" — в полном соответствии с заветами Анри Картье-Брессона.
Конечно, мы уже готовимся оскорбиться. Мы уже придумываем слова о морали, о ценностях, о кощунстве. Но вот здесь как раз нужно быть осторожнее: кто привык на всё оскорбляться и везде видеть попрание ценностей, однажды увидит попрание ценностей в зеркале — и очень оскорбится. Давайте выдохнем и посмотрим.
Вот убийца из ИГИЛ* — агрессивный, как-то нелепо раскоряченный, с перекошенным от ярости лицом. Вот тело Андрей Карлова: ещё недавно живой человек превратился в реквизит, декорацию, фон для террористической драматургической постановки. А происходит всё на культурной выставке в Стамбуле. По-моему, очень символичная для 2016 года сцена. Фотограф, который поймал и запечатлел такой момент, — профессионал и художник высокого класса. Он не лежал мордой в пол, а наперекор страху делал свою работу. У него получилось передать и ярость, и ужас, и глубокий символизм момента. Это глубоко антитеррористическая фотография.
Да, риск сказать что-нибудь про мораль есть. Но этот риск на самом деле нашёптывается страхом смерти. Жители больших и отчасти мирных городов, мы выгнали, вытеснили смерть за пределы сознания: в сны и художественные фильмы. Мы не знаем, как говорить со смертью, что с ней делать, поэтому предпочитаем просто о ней не думать — до тех пор, пока не увидим такие фото.
Терроризм проник в нашу жизнь как вирус, но мы всеми силами вытесняем его в сферу привычного, неосознаваемого, рутинного. Чтобы разрушить эту самовоздвигаемую стену молчания, люди и работают в жанре репортажного фото. И если вы, глядя на фотографию, чувствуете неприятный тревожащий холод, работают они не зря.
В тот вечер стреляли двое. Террорист, убивший российского посла, и турецкий фотограф, выстреливший из своей фотокамеры в террориста. Чтобы помнили.
* Деятельность организации запрещена в России по решению Верховного суда.

0a113d14d810ee86c80c0e742c7f031e.jpg

Социолог Роман Романов – о том, почему фотограф, который сделал снимки убийства российского посла в Турции Андрея Карлова, сделал кое-что важное.

Мнения

Мы стараемся не думать о смерти до тех пор, пока не увидим её на фото