publications/2021/3/14/1070410221578.74-210x.jpeg

publications/2021/3/14/1070410221578.74-300x.jpeg

publications/2021/3/14/1070410221578.74-86x.jpeg

1070410221578.74.jpeg

Павел Астахов

Проблема неурегулированности суррогатного материнства — во многом результат сознательного игнорирования этой проблемы законодателями. Основная сложность в том, что отношение в обществе к этой проблеме очень неоднозначно: с одной стороны — это высочайшее достижение прогресса, позволяющее бездетным парам стать родителями, а с другой — эксплуатация женского тела, вторжение в замысел Божий о человеке и даже основание для торговли детьми. Чтобы не навлечь гнев одной из противоборствующих сторон, очевидно, законотворцы решают не связываться с этой проблемой. Но законодательная непроработанность этого вопроса лишь усугубляет ситуацию, создавая проблемы как бездетным парам, желающим обрести счастье, так и самим суррогатным матерям.
Зарубежная практика урегулирования данного вопроса очень разнится: в некоторых странах суррогатное материнство полностью запрещено (например, в Италии, Норвегии, Франции, Швейцарии), в некоторых разрешено некоммерческое — в Австралии, Великобритании, Канаде, а в отдельных штатах США разрешено и коммерческое, причём очень подробно прописаны права и обязанности сторон.
В России наблюдается правовой вакуум в отношении отдельных составляющих суррогатного материнства. Нет исчерпывающей нормативной базы и практики разрешения споров, которые возникают постоянно. Ведь в процессе рождения одного ребёнка с применением суррогатного материнства могут быть задействованы до пяти человек: двое генетических родителей, донор спермы, донор яйцеклетки и суррогатная мать. Помимо медицинских организаций и роддома в этот процесс могут быть вовлечены различные посредники (например, агентства).
К отношениям, связанным с суррогатным материнством, будут применяться общие правила, установленные главами 39 и 52 Гражданского кодекса (ГК) РФ и ФЗ "О защите прав потребителей". Такой подход породил правовую проблему. В силу норм ГК и закона "О защите прав потребителей" заказчик может в любое время отказаться от договора с агентством и потребовать деньги обратно. Действующее законодательство не запрещает, а прямо допускает отказ заказчика от договора суррогатного материнства даже после того, как у суррогатной матери диагностирована беременность.
Наиболее проблемные вопросы касаются регистрации рождения ребёнка. Согласно статье 55 закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" пользоваться вспомогательными репродуктивными технологиями (ВРТ) могут и мужчины, и женщины, вне зависимости от того, состоят они в браке или нет. При этом в соответствующие положения Семейного кодекса и закона "Об актах гражданского состояния" не были внесены необходимые изменения. В результате, если к суррогатному материнству прибегнет пара, не состоящая в браке, или одинокий человек, то регистрировать рождение ребёнка придётся в судебном порядке.
Конечно, наиболее болезненным является вопрос о злоупотреблении правами роженицы. Семейный кодекс и "брачный" закон, предусматривающие право суррогатной матери, говорят о том, что при госрегистрации родителями ребёнка могут быть записаны не только генетические родители (клиенты), но и женщина, которая выносила дитя. Таким образом получается, что законодательно закреплено положение, согласно которому, женщина, родившая ребёнка по договору суррогатного материнства, может отказаться от передачи ребёнка потенциальным родителям, чьи клетки использовались для его оплодотворения.
<h2>Сегодня в российском законодательстве установлен безусловный приоритет женщины, которая выносила и родила младенца. И нередки случаи, когда суррогатная мать отказывается передавать ребёнка генетическим родителям.</h2>
Существует ещё один аспект: в практике Верховного суда РФ есть одно дело, когда женщина обратилась в суд с требованием сделать отцом её дочери анонимного донора спермы. Но согласно российскому законодательству сведения о проведённом искусственном оплодотворении и имплантации эмбриона, а также о личности донора составляют врачебную тайну.
Женщина просила суд признать недействительным пункт 6 "Инструкции по применению методов вспомогательных репродуктивных технологий" (она утверждена Минздравом РФ). Истец просила узаконить раскрытие врачебной тайны в отношении личности донора спермы ради того, чтобы зарегистрировать ребёнка. По мнению заявительницы, оспариваемая норма Инструкции нарушает её право и право её дочери, родившейся в результате процедуры ВРТ, на установление отцовства в отношении донора, который заработал на сданном генетическом материале. 
Верховный суд Российской Федерации в заявленных требованиях женщине отказал, указав, что женщина, родившая ребёнка в результате искусственного оплодотворения, и донор не вступают друг с другом в какие-либо правоотношения, в связи с чем положения статьи 49 Семейного кодекса об установлении отцовства в судебном порядке к данным случаям неприменимы и такой донор не может быть признан отцом ребёнка, зачатого с применением ВРТ.
Таким образом, проблема законодательного регулирования суррогатного материнства требует комплексной проработки с обязательным привлечением экспертов из медицинского сообщества.

751a7de74baae61f07840f9767950f86.jpg

Адвокат Павел Астахов о том, почему суррогатное материнство может закончиться нежелательной беременностью для одной стороны, а для другой — новой семейной трагедией.

Мнения

Чем опасно суррогатное материнство в России?